Книга Сны куклы, страница 124 – Елизавета Берестова

— Да, — сказала чародейка, — но, если посмотреть с этой точки зрения, то случившееся с остальными жертвами вполне подходит под подобное определение, если, конечно, закрыть глаза на то, что всё случилось во сне. Человека ставят на край обрыва и требуют выдать некую важную информацию, которую он либо не знает вовсе, либо категорически не желает говорить. За отказ следует наказание: жертва сбрасывается вниз. Или чародей применяет заклятие холода, буквально морозит заживо, но ему либо не удаётся рассчитать собственные силы, либо снова мы сталкиваемся с невозможностью получения столь желанной информации. То же самое случается с господином Хитару. Его внутренние органы планомерно резали ножом или скальпелем. Но, если мы имеем дело с особыми способностями исполненных грации марионеток, то и обыкновенный тест на магию оказывается бесполезен.

— Что вам удалось увидеть на тесте Пикелоу? — подался вперёд старший библиарий, при этом глаза светились неподдельным интересом.

— Ничего, абсолютное и бесповоротное ничего. Стихии оставались в полнейшем спокойствии, не считая остаточных следов бытовых заклятий по отпугиванию грызунов.

— Чрезвычайно интересно! В моих руках был путь использования магии совершенно неизвестной природы, а я, самонадеянный дурак, просто так взял и отдал его чародею сугубо средней руки, даже не потрудившись снять копию с документа, — сокрушался Кэш, — как я мог проявить такую глупую недальновидность! Скажите, Эрика, вы тщательно осматривали вещи Хитару?

— Да, — кивнула чародейка, — и не только его вещи, мы проверили вещи труппы и документы в театре.

— Вам не попадался листок рисовой бумаги в половину стандартного с рукописным текстом на староартанском? Где-то столбцов двадцать пять — тридцать?

— Нет, — ответила Рика, а Вил с интересом поглядел на бывшего подозреваемого.

— Вы ведь сейчас говорили о злополучном документе, при помощи которого ваш друг и создал кукол?

— Всё так, — подтвердил Кэш, — имея на руках заклятие, можно хотя бы представить, с чем нам довелось пересечься и каким образом можно этим адским созданиям противостоять. Ведь триста лет назад их всех уничтожили. Значит, способ есть.

— Увы, господин Кэш, — ответил коррехидор, — ничего подобного в наши руки не попадалось. Да ведь и не факт, что ваш друг не припрятал заклинание в надёжном месте, либо просто заучил наизусть и сжёг первоисточник.

— Э, нет, господин Окку, вы просто недостаточно хорошо знаете магов, ни один чародей просто так не понадеется на свою память, да и сам документ может иметь немалую ценность, особенно в свете того, что мы с вами знаем, что за заклятие в нём сокрыто. Вы вот сейчас не можете не думать, насколько я бессовестный человек, если похитил из архива редчайший памятник истории магии и легкомысленно отдал его другу?

— Если бы я сказал, что подобные мысли ни разу не посещали мою голову, я бы слукавил, — ответил Вил.

— Готов поклясться под заклятием Истинности, что не крал документа из городского архива Акиямы, — серьёзно проговорил старший библиарий, — я никогда в жизни не запятнал своей совести грехом воровства. Ко мне обратилась молодая супружеская пара, получившая в наследство дом в горах. Когда они готовили дом для продажи, им пришлось перебрать вещи своих умерших родственников. Оказалось, что полы нуждаются в ремонте, и когда их перестилали, обнаружился тайник, в котором хозяева дома эпохи Воюющих кланов спрятали различные заклятия. Молодые люди не хотели так сдать бумаги в музей за чисто символическое вознаграждение, они намеривались подзаработать. Поэтому предложили мне выкупить находку за солидную сумму денег. На то время как раз пришлось моё повышение по службе, поэтому заплатить требуемую цену мне было вполне по силам, и я купил изящную лакированную шкатулку со старинными рукописями. Там среди других интересных заклинаний и обнаружился способ создания кукол, которое я по доброте душевной просто подарил своему другу. Так что считать меня нечистым на руку у вас нет оснований.