Книга Тайна призрачного доспеха, страница 75 – Елизавета Берестова

— Вы так и не потрудились назвать сам вопрос, — напомнил коррехидор.

— Не сказал? — искренне удивился молодой барон, — собственно, и рассказывать там особо нечего. У меня появились кое-какие идеи, касательно недостачи. По большому счёту я с самого начала был категорическим противником аудита. Что может дать подобная проверка, да ещё сторонними людьми? Установить сам факт пропажи средств — это, пожалуйста, они могут. Но это мы и без них установили. А вот определить, кто хищал и как, аудит вряд ли поможет. Я подозреваю папиного партнёра, — прищурился Дарко, — Ватари давно и крепко завидует отцу. Начинали-то они вместе, но вот только у всех людей разные возможности. Младший партнёр, мягко говоря, глуповат по жизни. Но вот амбиции у него — ого-го-го какие! Так нередко случается: человек нехватку одного качества характера восполняет каким-либо иным, либо и вовсе считает, что такого недостатка у него нет. Отношения у Ватари с отцом в последнее время были далеки от идеала. Споры, взаимные претензии и подозрения никогда ещё не способствовали слаженной работе и не улучшали благосостояние. У меня имеются серьёзные подозрения в отношении младшего партнёра. Сегодня я вызвал старика в замок, потребую от него объяснений.

— Расскажите, как прошёл ваш разговор с отцом.

— На удивление тихо и мирно. Видимо, не только у меня одного вызывал подозрения Ватари с его бесконечными увёртками и нудными запутанными объяснениями и наигранной открытостью в общении. Отец сказал, что у него уже давно закрадывались подозрения по поводу честности младшего партнёра, и пообещал переговорить с ним в самое ближайшее время.

— Речь, насколько я помню, шла о пропаже пятидесяти рё? — уточнил коррехидор.

— Именно так. Сумма в пятьдесят рё достаточно серьёзна, чтобы просто так списать её на невнимательность, халатность или производственные упущения. Такая смело потянет на воровство в крупных размерах. Ватари — младший партнёр, у него имеется своя печать и право подписи финансовых документов. Я подозреваю, что именно этим своим правом он и воспользовался. Он всегда завидовал нашему благосостоянию и вечно ныл, пенял на несправедливость судьбы. Отец выслушал мои предложения, и мы с ним сошлись во мнении, что просто необходимо устроить серьёзную проверку Ватари.

Вил поглядел в глаза Дарко:

— И в чём заключалась предполагаемая проверка?

— Мы собирались уточнить все детали утром на свежую голову. В тот вечер мы с папой оба порядочно выпили за обедом, и лучше было продолжить обсуждение на свежую голову. Я был рад, что обошлось без скандала, от всей души пожелал ему спокойной ночи и отправился спать.

— Это всё?

— Нет, — мотнул головой парень, — не совсем. Отец встал, прошёл со мной до двери, похлопал по плечу, выразив надежду, что для меня ещё не всё потеряно, в смысле семейного бизнеса, и я отличнейшим образом слышал, как он запер за мной дверь. Звук ключа, поворачиваемого в замке, показался довольно громким в вечерней тишине коридора.

— Скажите, — воспользовалась повисшим молчанием чародейка, — у Ватари случайно не было своего ключа от двери чёрного хода?

— Не могу исключать такое, — последовал ответ, — когда-то они с отцом были лучшими друзьями, так что и ключ он вполне мог ему дать, особенно, если учесть нездоровую тягу моего незабвенного родителя работать по ночам. Но будет лучше, если вы спросите сами. Ватари должен подойти с минуты на минуту. Думаю, вашему сиятельству будет удобно переговорить с младшим партнёром первым. Как только он придёт, я сразу пошлю за вами.