Книга Дочь Ненависти: проклятие Ариннити, страница 53 – Елизавета Девитт

Лео, явно не утруждая себя даже беглым взглядом на чертежи, расплылся в яркой и излишне слащавой улыбке.

— Превосходно! Берём тот, что делается быстрее всего, а платим — как за самый дорогой. Но… — он выдержал эффектную паузу, — с одним условием: мы хотим лично встретиться с Гидеоном де Торном.

Моя бровь взметнулась сама собой — высшая степень недоумения в чистом виде. Уже тогда стоило понять, что-то здесь было не так.

— Вы же знаете, мастер превыше всего ценит анонимность, — напомнила я прохладным тоном, чуть наклоняясь к столу, сидя в мягком бархатном кресле.

Взгляд Ксандера при этом так нагло соскользнул с моих глаз прямо к вырезу рубашки. Он был скромным, но, вероятно, достаточным, чтобы парень заметил то, что не должен был: часы. Его часы.

Я отпрянула, поймав всполох синего пламени в ледяном озере глаз мага, и сразу почувствовала, как внутри всё сжалось в тугую, взведённую пружину. Но его нарочито ленивая ухмылка напугала меня куда больше.

— Именно, — произнёс он ровно, но в каждой ноте чувствовалась скрытая угроза. — Но это совсем не вяжется с тем, как быстро вначале разлетались его нелегальные артефакты.

Я замерла, несмотря на то что у Гидеона была лицензия. Пусть и липовая, но никто об этом не мог знать. Однако Ксандер, не сводя с меня взгляда, уверял в обратном — глазами, движениями, тоном.

И его голос зазвучал так же мягко, как шёлковая петля, затягивающаяся на шее с каждой секундой всё жестче:

— И в пик славы, когда можно было снимать сливки из золота, ваш мастер внезапно исчезает… Но только лишь затем, чтобы после продажи возобновились для куда более узкого круга. С новым уровнем исполнения, но и с куда более внушительным ценником.

Маг многозначительно приподнял в руке мой блокнот, используя его как весомый аргумент. Я слушала молча, глядя вниз, чтобы спрятать за длинными ресницами нарастающее раздражение.

— Так что не рассказывайте сказки о том, что вашему таинственному Гидеону приватность важнее денег. Факты, леди Марл, говорят об обратном.

Ксандер проговаривал мою фальшивую фамилию медленно, тягуче, но с нажимом на каждый слог — всё, чтобы издевательски подчеркнуть: мы не знакомы.

Но бесило не это.

Бесило то, как от его до неприличия прямого взгляда в животе зарождались бабочки-убийцы, обещавшие выпотрошить меня изнутри. Оттого мне было так горько осознавать: с ним у нас ничего не выйдет. Ведь не он, а я так явно уже медленно скользила в сторону безумия, искренне не понимая, что могло так безудержно тянуть меня к этому холодному снобу.

И потому я желала поскорее закончить эту пытку.

— Факт в том, мистер де Рой, что либо вы заказываете артефакты сейчас и получаете их в срок с посыльным, либо мы прощаемся навсегда.

Каждое моё слово — гвоздь в крышку потенциального будущего. Я ясно дала понять: прогибаться ради пары богатеньких сынков я не стану.

И он это знал. Вот только всё равно от чего-то так предательски красиво улыбался. А у меня сводило скулы от желания вонзить ему в колено один из своих ножей-артефактов. Просто за то, что мне мерещился вызов в каждом его движении, в каждом лукавом взгляде, в каждом слове и жесте.

Смотри. Умирай. Любуйся.

И зачем я только сидела там и терпела это проклятие, этот дикий, разрушительный шквал эмоций в груди, которую я когда-то считала безнадёжно полой? О, только богиня знала.