Книга Истинная для монстра, страница 110 – Айская

Элайза на минуту замерла. Сердце сжалось, будто в него вонзили нож, боль пронзила грудь, перехватывая дыхание. Перед ней стоял призрак, насмешка, издевательство над памятью о том, кто был ей дорог.

— Ты здесь не пленница, — прорычал Таурус, и голос его, звучащий из уст Шивари, заставил её содрогнуться. — Это, — он указал на свой внешний вид, — чтобы тебе было приятно здесь находиться. Разве не мило с моей стороны?

— Ты… Смеешь говорить о милости, надев лицо того, кого сам же и погубил⁈ — она смотрела на него с такой злостью, что у неё свело скулы, мышцы лица напряглись, готовые лопнуть от напряжения. — Не смей надевать на себя этот облик! — она бросилась на Тауруса с кулаками, удары сыпались хаотично, отчаянно, в них была вся её боль, вся ненависть. — Чёртов психопат! Убери это! Убери сейчас же!

Её крики эхом отдавались в круглой комнате, смешиваясь с хриплым дыханием и глухими ударами. Но Таурус остался стоять неподвижно, продолжая ухмыляться — его глаза, скрытые за маской сына, оставались холодными, чужими, безжалостными.

— Ты всё ещё цепляешься за память о нём? Это делает тебя слабой.

— Я не слабая! — выкрикнула Элайза, задыхаясь от ярости. — Слабый — это ты! Ты прячешься за иллюзиями, за маской своего сына, потому что сам по себе — ничто! Ты на самом деле жалкий и пустой!

Таурус на мгновение замер, и на долю секунды маска безупречного спокойствия дала трещину — в его глазах мелькнуло что‑то тёмное.

— Как красноречиво, — протянул он и, резко сократив расстояние, его рука схватила её за горло. Пальцы сжались, перекрывая доступ воздуха. — Но слова — всего лишь шум. А реальность такова: ты здесь. И ты сделаешь то, что я скажу.

— Никогда, — голос хрипел, срывался, но она заставила себя продолжить. — Никогда я не подчинюсь тебе. Лучше смерть.

Таурус слегка ослабил хватку, позволяя ей сделать судорожный вдох, и снова улыбнулся — холодно, расчётливо.

— У тебя нет выбора, — произнёс он, растягивая слова, наслаждаясь её беспомощностью. — Либо ты станешь покорной для меня… — он сделал паузу, смакуя момент, — либо я уничтожу вашу жалкую планету. Со всеми людишками, кто остался живым после нашего пришествия. Представь: города, превращённые в пепел, крики умирающих, тишина, которая наступит после… Всё это будет на твоей совести, Элайза.

Она замерла, кровь отхлынула от лица. В глазах вспыхнула паника, но тут же сменилась новой волной ярости — дикой, отчаянной.

— Ты… ты мерзкое чудовище, — выдохнула она. — Даже если я соглашусь, ты всё равно уничтожишь их.

— Возможно, — Таурус разжал пальцы и отступил на шаг, изучающе глядя на неё. — Но пока у тебя есть шанс отсрочить неизбежное. Подумай об этом. Хорошенько подумай.

Он развернулся, чтобы уйти, но на пороге остановился:

— Время идёт. И с каждой секундой шансов у твоих близких становится всё меньше. Я вернусь за тобой через полчаса, для процедуры оплодотворения, а после нас будет ждать заключение брака.

Дверь захлопнулась за ним с глухим щелчком, оставив Элайзу одну — дрожащую, измученную, но всё ещё не сломленную. Она осталась стоять посреди комнаты, тяжело дыша. Её взгляд метался по стенам, словно ища в них ответ.

«Полчаса. Всего полчаса до возвращения Тауруса, — лихорадочно думала она. — Побег… Но куда? Корабль парит высоко над Землёй. Даже если выберусь из этой комнаты — что дальше? А если нет… Если не получится…».