Онлайн книга «Огненная Орхидея»
|
Я догадываюсь. Крылатые не созданы для армейской жизни. Они слишком хрупкие и утончённые. Воины в гентбарской семье-улье — бескрылые особи, не способные к размножению — чабис, свитимь, тальпе. Даже не в стереотипах дело, а в банальной физической силе и специализации. Крылатый на Альфа-Геспине это примерно как двенадцатилетняя девочка с недобром массы тела и без генетической модификации по паранорме пирокинеза — там же. В пилоты крылатую девицу в целом взять могут. В гражданские. В армии — все пилоты универсалы. То есть, обязаны уметь драться, врукопашную в том числе. Я хорошо понимаю чувства матери: воздушный балет для крылатых детей куда лучше подходит, чем плазмоган в кобуре на поясе. Особенно если детей так мало и родятся ли ещё крылатые в моногамном браке — большой вопрос. И так им повезло невероятно: и девочка есть, и сразу трое сыновей… Но вот сидит передо мною один, сумевший прыгнуть выше головы. А у его дочери и сына, надо думать, наследственная склонность к авантюрам. Какой правильной гентбарской жене такое понравится? А поделиться бравому полковнику своей бедой не с кем. И он решил выговориться — хотя бы передо мной, человеком. Я сочувствую ему. Нет счастья под звёздами, рано или поздно обязательно вылезает какая-нибудь дрянь и калечит общий эмоциональный фон двоих, любящих друг друга… — Вы поссорились? — тихо спрашиваю я, потому что Типаэск молчит очень уж долго. — Смертельно, — кивает он. — Всерьёз и надолго. — Твой сын отправился на Альфа-Геспин? — спрашиваю я. Почему-то мне не безразлична судьба крылатого мальчика. Если его заставили остаться дома… ведь всё равно же рванёт, рано или поздно! Бунтарский дух, попавший не в то тело, коллапсаром не остановить. Только сломать. — Отправился, — отвечает Типаэск. — Первый круг уже прошёл, кстати. Дочь ещё мала, едва только из третьего метаморфоза вышла, впереди четвёртый, последний. Но мать смирилась с её решением. Если девочка не передумает, пойдёт на вступительные испытания в лётную академию Бета-Геспина. — Мне кажется, твоя супруга надеется, что девчонка всё же передумает, — говорю я. — Это же дети… всё может быть… — Не тот случай, — усмехается Типаэск. — Упрямства ей не занимать. Она уже сейчас гоняет прилично. В атмосфере, что сложнее пространства. Я проверял её реакции — значительно выше среднего. Я думаю о том, что Типаэск, как универсал, то есть, полная автономная боевая единица, и сам тоже отличный пилот класса «атмосфера-пространство». И умеет водить всё, что движется. А как иначе? Если не можешь сам себя вывезти из середины заварушки — не умеешь! — на любом корыте с болтами, то грош тебе цена как агенту спецслужб Альфа-Геспина… — Мы наговорили друг другу немало неприятных слов, — продолжает Типаэск. — Смертельных просто, если уж начистоту. После такого оставалось только или убить друг друга или разъехаться в разные концы Галактики. Но потом мы всё же выстроили диалог друг с другом. Не сразу, но выстроили. Знаешь почему? — Почему? — меня всё ещё не отпускает нервное откровение того, чьим именем бандиты всей Галактики, а так же враги Федерации пугают друг друга до полного недержания. — Почему, Сат? — Потому, — отвечает он со вздохом, — что тот, кто любит — поймёт и простит, Ане. Поймёт и простит. Мы смогли, хотя долгое время нам казалось, что это невозможно в принципе. Вот так и у тебя с Итаном. Он сорвался, сорвалась и ты, в гневе и ярости вы обидели друг друга. Обоим больно, оба желаете друг другу провалиться в чёрную дыру на досветовой скорости. Это нормально, бывает со всеми. Слишком непросто вам обоим пришлось за последние несколько дней. Нервный срыв — закономерный итог. Но — вы оба взрослые личности, Ане. С профессорским званием и множеством научных наград. Надо мириться. |