Книга Попаданка. Замуж по принуждению, страница 86 – Юлий Люцифер

Если соглашусь — Селена получит трещину между нами прямо на глазах у всего зала.

Мне нужна была третья дорога.

Я улыбнулась.

И вложила пальцы не в руку Адриана.

В руку Кайдена.

Зал, кажется, на секунду действительно притих.

— Бал без танца действительно печален, — сказала я, не отрывая взгляда от его лица. — Но я начну с мужа. Так будет честнее.

Вот теперь он удивился.

Совсем чуть-чуть.

Но я увидела.

И, кажется, не только я.

Селена замерла.

Адриан очень вежливо отступил, хотя по его лицу было ясно: ход он оценил.

А Кайден смотрел на меня так, будто на секунду забыл, что мы вообще на людях.

— Вы же не откажете мне, милорд? — спросила я тихо.

Он медленно склонил голову.

— Нет.

И взял меня за руку.

Центр зала будто сам освободился.

Музыка текла мягко, спокойно, но я слышала в ней только собственный пульс. Потому что как только его ладонь легла мне на талию, а моя — на его плечо, все остальное почти исчезло.

Проклятая метка вспыхнула сразу.

Под кожей потянулось тепло.

Не боль. Не ожог.

Узнавание.

Мы двигались плавно. Слишком естественно для людей, которые, казалось бы, должны были танцевать вместе впервые. Но именно это и было страшно: мое тело помнило его лучше, чем следовало. Его рука держала уверенно, с той самой спокойной силой, которая всегда раздражала и… успокаивала одновременно.

Ненавижу.

— Это было хитро, — тихо сказал он.

— Что именно?

— Выбрать меня, когда хотела меня же наказать.

Я подняла взгляд.

— С чего вы взяли, что я хотела наказать?

— Потому что ты слишком довольна собой.

— А вы — нет?

Уголок его губ едва заметно дрогнул.

— Немного.

Мы сделали поворот.

В зеркале на стене на секунду отразились вместе: черный и серебро, слишком близко, слишком красиво, слишком неправильно.

Селена стояла у колонны и смотрела.

Не моргая.

Адриан улыбался кому-то рядом, но тоже наблюдал.

Да.

Бал, где решается все.

Сейчас решалось нечто куда большее, чем танец.

— Вы ревновали, — сказала я тихо, пока музыка прикрывала слова.

Его пальцы на моей талии едва заметно сжались.

— Тебе обязательно это повторять?

— Значит, да.

— Значит, ты слишком наблюдательна.

— Какой удобный способ признаться.

Он посмотрел на меня в упор.

И в этот момент я снова увидела это — не холод, не маску, а мужчину, который слишком давно привык контролировать все, кроме тех вещей, что на самом деле имеют значение.

— Он смотрел на тебя так, будто уже примерял, — сказал он низко.

У меня сбилось дыхание.

— И вас это задело.

— Да.

Черт.

Черт.

Черт.

Слишком прямой. Слишком живой. Слишком близко.

— А вас? — спросил он спустя секунду. — Тебя задело, когда Селена попросила мой танец?

Вот тут уже я замолчала.

Ненадолго.

Но этого ему хватило.

— Понятно, — тихо сказал он.

— Не обольщайтесь.

— Поздно.

Я едва не наступила ему на ногу.

И, кажется, только это спасло меня от позорного румянца.

— Невыносимый человек.

— Уже было.

— Вы все время повторяете одни и те же слова.

— Потому что они все еще работают.

Проклятье.

Музыка пошла мягче.

Медленнее.

И вместе с ней замедлилось все остальное. Его рука. Наши шаги. Дыхание. Взгляд.

Опасная зона.

Очень.

Я почувствовала, как метка снова нагревается.

На этот раз не вспышкой.

Плавно.

И вместе с этим под кожу скользнуло его.

Не мысль. Не образ.

Теплая темная волна удовольствия от того, что я сейчас именно с ним. Что зал видит это. Что Селена видит. Что Адриан тоже.