Книга Попаданка. Замуж по принуждению, страница 131 – Юлий Люцифер

И поняла одну простую вещь.

Если я сейчас выберу круг — они получат жертву.

Если выберу страх — они получат послушание.

Если выберу бегство — они получат разрыв и новую смерть.

Значит, остается только выбрать то, что они не могут просчитать до конца.

Меня.

Мой выбор.

Не их.

— Хорошо, — сказала я.

Кайден замер.

— Что?

— Я выйду через вас.

Мирей резко дернулась в круге.

— Нет!

Эдриан выругался так грязно, что даже мне стало впечатляюще.

А я смотрела только на Кайдена.

— Но слушайте внимательно, — сказала я тихо и очень четко. — Это не ваше право на меня. Не долг. Не защита. Не победа. Это мой выбор не умереть по их сценарию. Поняли?

Его глаза стали темнее.

Сильнее.

И в эту секунду я поняла: да. Понял.

И, возможно, именно поэтому это сработает.

— Да, — ответил он.

Вот и все.

Я накрыла его руку своей.

Метка вспыхнула.

На этот раз — белым.

Не красным. Не черным. Не огнем крови.

Белым, почти ослепительным светом, от которого круг взревел так, будто его полоснули по живому.

Боль была чудовищной.

Меня действительно будто рвали на части — одна сила тянула в центр, в старую схему, в роль жертвы, в наследника узла. Другая — к нему. В живое. В выбор. В связь, которая уже не была только магией.

Я закричала.

Он тоже.

И именно в этот момент Эдриан ударил по внешней дуге второй рукой, замыкая разрыв не кровью, а своей старой сломанной печатью.

Круг треснул.

По-настоящему.

Красный свет рванулся вверх и пошел не в меня, а в потолок. Камень застонал. Мирей захлебнулась криком — и я увидела, как то, что она держала в круге, вырывается из-под ее контроля.

Поток пошел обратно.

В нее.

Ее лицо исказилось.

— Нет… — выдохнула она. — Нет!

— Да, — хрипло сказал Эдриан.

Кайден дернул меня к себе в последний момент, и мы вместе вылетели из центра, когда круг под ногами взорвался светом.

Удар был таким, что нас отбросило к стене.

Я не поняла, чем ударилась.

Только услышала треск камня, крик, гул и что-то, похожее на очень далекий, уходящий рев под землей.

Потом — тишина.

Не сразу.

Но медленно, как после огромного колокола, который наконец перестал звенеть.

Я лежала на холодном полу, полуприжатая к груди Кайдена. Его рука все еще была у меня на спине, будто даже бессознательно он не собирался отпускать.

Я открыла глаза.

Круг в центре был мертв.

Трещина расколола знак пополам. Кровь на камне почернела. Воздух все еще пах железом и пеплом, но давящей древней тяжести больше не было.

Эдриан сидел у дальней арки, тяжело дыша, с разбитой губой и черной копотью на рукаве.

А Мирей…

Мирей лежала в центре круга.

Неподвижно.

Лицом вверх.

Глаза открыты, но пусты.

И выглядела так, будто из нее вынули что-то большее, чем жизнь.

Я медленно вдохнула.

Потом еще раз.

Жива.

Кажется.

Кайден зашевелился первым.

Резко.

Слишком резко.

Снова попытался подняться сразу, и я, даже не думая, схватила его за плечо.

— Лежите.

— Нет.

— Да.

— Эвелина…

— Еще слово, и я лично добью вас этой плитой.

Эдриан, сидящий у стены, тихо, почти без сил хмыкнул.

— Теперь я официально за вас.

Кайден все же сел, морщась сильнее, чем хотел показать.

Я тоже поднялась на локтях.

Метка жгла, но уже иначе.

Не как крюк.

Не как разрыв.

Она стала тише.

Глубже.

И, что хуже всего, ровнее.

Как будто после всего произошедшего связь между нами не ослабла.