Книга Попаданка. Замуж по принуждению, страница 127 – Юлий Люцифер

Потому что такого она не ждала.

Никто не ждал.

Кайден смотрел на меня так, будто я только что ударила его куда-то глубже любого клинка.

Эдриан побледнел не хуже после драки.

И именно в эту секунду я поняла: попала.

По-настоящему.

— Какие же вы оба… — выдохнула я. — Господи, да вас не контур держит, а эта семейная мертвая хватка друг к другу.

Мирей первой пришла в себя.

— Трогательно, — сказала она с холодной усмешкой. — Но поздно.

И снова полоснула ножом по ладони.

Кровь полетела в круг.

Контур рванулся.

На этот раз не просто жаром — вспышкой света, от которой все тени в зале будто ожили.

Я вскрикнула.

Кайден дернул меня к себе, но волна уже прошла через нас обоих.

Метка вспыхнула так ярко, что я на секунду перестала видеть.

И в этой слепоте снова пришло.

Чужое.

Старая часовня.

Кровь на камне.

Женский голос — не матери Кайдена, другой.

Хриплый шепот:

— Если хочешь удержать наследника, не выбирай между братьями. Свяжи их одной потерей.

Я распахнула глаза и чуть не задохнулась.

Свяжи их одной потерей.

Вот что делала система.

Не просто кровью.

Не просто ритуалом.

Она строилась на том, чтобы мужчины Вальтеров теряли одну и ту же женщину. Одну и ту же жизнь. Один и тот же шанс. Чтобы вина и ярость держали их внутри схемы крепче любых печатей.

Именно поэтому столько жен умирало.

Именно поэтому брат ушел.

Именно поэтому Кайден остался.

И именно поэтому Мирей так спокойно говорила о моей смерти — как о нужном узле для очередного витка.

— Вы не просто готовили Эвелину, — сказала я, глядя на Мирей сквозь боль. — Вы хотели, чтобы один из них снова ее потерял.

Она чуть прищурилась.

— Сообразительная.

— Сука.

— Возможно.

— Нет. Точно.

Кайден резко повернул голову ко мне.

— Что ты увидела?

— Неважно, — выдохнула я.

— Важно.

— Потом!

— Сейчас!

Я почти рассмеялась от безумия этого момента.

— Хорошо! Они связывают вас общей потерей! Братьев! Чтобы держать внутри контура! Женщина должна умереть так, чтобы один не успел спасти, а второй не успел уйти! Вот как это работает!

Эдриан застыл.

Совсем.

А Кайден… я почувствовала, как через метку в нем что-то надломилось.

Не боль.

Не ярость.

Осознание.

То самое, после которого уже нельзя вернуться к старой версии себя.

Мирей смотрела на нас внимательно.

Почти удовлетворенно.

— Теперь понимаете, — сказала она. — Вы оба всегда были не хозяевами системы, а ее скрепой. И женщина нужна была не только как ключ. Как потеря, которая не даст вам разойтись окончательно.

Эдриан выдохнул сквозь зубы.

— Тварь.

— Нет. Я просто единственная не строю из этого трагедию. Дом Вальтер держится на боли. Всегда держался. Потому и пережил столько поколений.

— И вы думаете, я позволю вам сделать это снова? — тихо спросил Кайден.

— Уже не вопрос позволения.

Он отпустил меня.

Резко.

Слишком резко.

Я обернулась к нему, почти испугавшись, что сейчас он шагнет прямо в круг.

Он и шагнул.

Но не в центр.

На край.

Эдриан сразу понял и рванулся с другой стороны.

— Нет!

— Да, — отрезал Кайден.

— Ты сорвешь на себя весь узел!

— Лучше на себя, чем на нее.

Мирей засмеялась.

— Вот оно. Наконец-то. Право на него оказалось сильнее разума.

Я поняла, что она имеет в виду.

Не “право на брата”.

Не “право на кровь”.

Не “право хранителя”.

Право на меня.

На то, чтобы не отдать.