Книга Чужая невеста для сына герцога, страница 70 – Рута Даниярова

Герцог взмахнул рукой, и советник замолчал.

— Достаточно. Займись этим лично, Бриас, или передай судьям. Проследи, чтобы пожертвования в храм были достойными, а через год проконтролируй, куда уйдут деньги. Ты свободен.

Советник поклонился и собрался было уходить, но Ирвик вдруг спросил:

— Когда должна родить твоя жена, Камиер?

— Через три месяца, ваше светлейшество.

— Езжай прямо к ней, дела подождут немного. Никогда не знаешь, что может случиться завтра, — герцог кивнул, и Бриас вышел вышел из кабинета.

Так случилось, что в пятьдесят лет он, степенный бездетный вдовец Камиер Бриас, без памяти влюбился в молодую девушку и женился на ней. Он был тогда в одной из провинций, откуда пришли жалобы на сборщиков налогов. Приехав туда с проверкой, он быстро обнаружил, что бургомистр небольшого городка Леймса прикарманивал львиную долю денег, предназначавшихся герцогской казне, был замешан в этом и его сын, который развернул торговлю с другими странами и даже купил собственный корабль, чтобы перевозить грузы.

За это полагалась смертная казнь либо заключение в темницу на долгие годы. Бриас велел приговорить виновных к казни, его решение как первого советника было выше приговора любого суда в герцогстве. Но вечером в дом, где он останавливался, пришла молоденькая девушка. Позже выяснилось, что она подкупила слуг, чтобы добиться личной встречи с всемогущим советником. Она упала на колени и стала целовать ему руки, умоляя помиловать отца и брата, и Камиес, увидев ее огромные бархатные темные глаза, вдруг почувствовал, что у него остановилось сердце на несколько мгновений. Он без памяти влюбился в юную девушку всего за один взгляд. Всю жизнь он считал себя разумным человеком, чтил законы и своего герцога, но для Эйлы он сделал исключение.

Бриас отменил приговор о смертной казни, назначив вместо этого огромный штраф отцу и брату девушки, который выплатил из своего же кармана. Он приказал посадить семью Эйлы на корабль, отплывающий из Алтуэзии, и запретил возвращаться в герцогство. А взамен этого попросил, чтобы Эйла осталась с ним. Он не сделал ее любовницей, а поступил честно, привел в храм Кайниэль, где жрец назвал их супругами. Только после брака он взял ее невинность, хотя Эйла, наверно, не отказала бы ему в близости и раньше. Он понимал, что девушка оказалась в безвыходном положении, но его внезапная любовь была так сильна и огромна, что он заглушал иногда возникавшее чувство вины. Его любви хватало на двоих, а вот теперь богиня благословила их брак, и Эйла ожидал первенца.

* * *

Герцог Ирвик остался один. Он уже много часов не выходил из этой комнаты. Заканчивался третий день после похорон Равьера, но Ирвику казалось, что уже целую вечность его окружают боль, одиночество и отчаяние. Они повсюду, они грызут его, как свора голодных зверей, и не дают покоя. Вино немного притупляло его чувства, но ему навсегда придется теперь жить с этой болью в сердце. Он опять потер рукой грудь. Он слишком много на себя взвалил, а ведь он просто человек. По силам ли ему вынести эту тяжесть?

«Пожалуй, завтра надо навестить Шу-вээса», — подумал герцог. Возможно, жрец сможет помочь ему.

Утром Ирвик вошел во флигель Шу-вээса. Ученик Гийом, поклонившись герцогу, вышел наружу, а Ирвик осмотрелся. Маг сидел за столом, заваленным старыми книгами, склянками и пучками сухих трав, и что-то писал, обмакивая перо в стоявшую перед ним чернильницу.