Книга Чужая невеста для сына герцога, страница 34 – Рута Даниярова

— Почему же ты плачешь?

— Ах, госпожа, все слуги отказываются идти к его шатру, потому что боятся. И я страх как боюсь, госпожа Ильеста, потому как я ребеночка жду, боюсь, что сглазит он меня, колдун этот. Родится потом ребеночек с такими же красными глазами или с горбом, и муж меня прогонит.

Иль вздохнула. Глупая Шана действовала ей на нервы. К тому же ей самой захотелось посмотреть поближе на мага из Алуэты.

— Давай сюда корзинку, — она протянула руку, и служанка вручила ей еду, прикрытую льняным полотенцем.

— Спасибо вам огромное, госпожа Ильеста, — пробормотала Шана, шмыгая носом. — Они в шатре, стало быть, колдуны эти.

Девушка направилась в сад, где увидела серый шатер возле кустов сирени.

Возле шатра прямо на земле сидел темноволосый юноша в белой рубахе и грыз травинку.

— Здравствуй, я принесла еду для тебя и господина мага. Здесь пироги, сыр, ветчина, перепелки, и еще хлеб с вином, — сказала Ильеста.

Юноша встал, чтобы забрать у нее корзину. На какое-то мгновение их пальцы соприкоснулись, и он покраснел. В правом глазу у него Иль заметила несколько оранжевых пятен, мерцающих, как искорки. Если бы не это, юношу можно было бы даже назвать красивым — тонкие черты лица, густые ресницы, блестящие темные волосы.

— Ты служанка? — неловко спросил юноша.

— Нет, я дочь барона Аэрдиса, — ответила Ильеста.

Теперь смутилась и она. Должно быть, в столице в таких простых платьях ходят только служанки.

Парень покраснел еще больше, осознав свою оплошность. Гийому не приходилось разговаривать с девушками так близко. А эта девица была дочерью самого барона.

— Спасибо, госпожа, — он поклонился и зашел в шатер.

Теперь Ильеста увидела горб на спине юноши. Она по себе знала, каково это, когда на тебя глазеют любопытные. Наверно, есть вещи похуже хромоты, подумалось ей. Здоровые люди иногда переживают по пустякам из-за потерявшейся пуговицы или вскочившего прыщика. Они не знают, что такое взгляды исподтишка и насмешки над теми, кто отличается от других. Но не всем же повезло быть красивыми, такими, например, как пресветлый Эдрик. Эта мысль ей совсем не понравилась, и девушка пошла в дом.

В доме некуда было деваться от носившихся туда-сюда слуг. Сестры, собравшись в комнате Дарьолы и Таиссы, возбужденно обсуждали Эдрика, старясь говорить шепотом.

— Пресветлая богиня, какой же он красавец, — восхищенно протянула Дарьола, обмахиваясь веером.

— Да если его старший брат хотя бы наполовину так хорош, то будущая герцогиня будет самой счастливой женщиной, — поддакнула Таисса.

— А глаза, ты видела, Иль, какие у него яркие зеленые глаза, прямо два изумруда! — восхищалась Дарьола.

— Я слышала, у всех сыновей герцога такие красивые глаза, — мечтательно промурлыкала Таисса.

Ильеста решила покормить Уллу. Ей быстро надоели восторженные аханья сестер. За обедом она в основном молчала. Наверно, посланники герцога сочтут ее деревенской простушкой, но это лучше, чем жеманные улыбки старших сестер, буквально таявших от комплиментов и улыбок красавчика Эдрика. Она не могла признать, что младший сын герцога с тягучим медовым голосом действительно красив, но чувствовалось, что он привык к восхищению и обожанию. Наверно, такой же самовлюбленный павлин, как Корвис Мэлл.

Девушка направилась на задний двор, отомкнула замок на двери деревянного сарая, где держали Уллу. Она вошла и прикрыла за собой дверь на засов изнутри. Тьори прижалась к ней, и Ильеста стала ласково почесывать ей за ухом. Улла утробно мурлыкала, ни дать ни взять большая кошка. Только в отличие от обычной кошки у нее были острые клыки, похожие на небольшие кинжалы, и смертоносные когти, способные за мгновение разодрать горло человеку.