Книга Невеста для пилигрима, страница 12 – Рута Даниярова

— У Михаэля жена рожает, вот побежал домой, а меня попросил его немного подменить, — объяснил Андреас и добавил:

— А мастер Бернт сейчас с заказчиком дела обсуждает, попросил пока не беспокоить. Можете пока подождать его, — Андреас неловко кивнул на обитый синим бархатом диван для посетителей и стал тщательно протирать ветошью стеклянную витрину.

Девушке присела, а Майс пока вышел на улицу.

Виоле было немного неловко в последнее время находиться наедине с Андреасом. Она не раз ловила на себе его взгляды украдкой, если приходилось ужинать вместе с отцом и подмастерьем.

Хотя юноша всегда вел себя с ней вежливо и немного отстраненно, как и подобает держаться подмастерью по отношению к дочери хозяина, Виола чувствовала, что нравится Андреасу.

На прошлый день рождения он, смущаясь и краснея, подарил ей небольшую золотую брошку. В середине светилась небольшая жемчужина молочного цвета, а по краям синели несколько маленьких изящных фиалок из бирюзы редкого оттенка. Вещь была по-настоящему красивой.

Девушка смущенно поблагодарила его тогда, а мастер Иохим, внимательно рассмотрев брошь, удовлетворенно кивнул:

— Ты будешь хорошим мастером, Андреас…

— Как идут дела в лавке? — спросила Виола, чтобы прервать молчание.

— Хорошо, госпожа Виола. Вчера несколько дорогих заказов получили, и готовые серьги тоже хорошо покупают, — Андреас, ненадолго оторвавшись от витрины, посмотрел на девушку.

— Вы, наверно, после свадьбы в Алтуэзию поедете? — спросил он и покраснел.

— Еще не знаю, — Виола пожала плечами.

— Извините меня, госпожа Бернт, не стоило мне, наверно, спрашивать, — пробормотал подмастерье и, отвернувшись, снова начал протирать и так уже сияющую витрину.

Весело звякнул колокольчик на входной двери, и в лавку вошли две девицы в шелковых платьях и белых перчатках до локтей, несмотря на теплый августовский день.

Благородные дамы здесь нередко закрывали руки, и одевали шляпки с вуалями, чтобы уберечься от знойного солнца, белоснежная кожа считалась признаком утонченности.

Сразу вслед за богато одетыми девицами вошел Майс и встал неподалеку от двери со скучающим видом, скрестив руки. Вряд ли для дочери хозяина представляли угрозу две молодые дамы, но Майс счел нужным быть рядом.

Виола узнала девушек.

Это была Имельда, дочь маркиза Треоса, считавшаяся одной из местных красавиц. Темноволосая, с большими карими глазами и точеной фигурой, она всегда держалась так, что привлекала к себе внимание.

Черты лица Имельды были резковатыми, на взгляд Виолы. Губы тонкие, нос с заметной горбиной, как и у маркиза Треоса. Но яркие наряды, звонкий голос и уверенность в собственной неотразимости привлекали к ней всеобщее внимание.

Сегодня Имельда была в шелковом голубом платье со вставкой из более плотного дорогого синего материала с серебристыми полосками на груди и рукавах.

Ее сопровождала рыжеватая широкобедрая девушка. На девице было платье попроще персикового цвета с вышедшими из моды года два назад воланами, еще более подчеркивающее недостатки коренастой фигуры. Кажется, это была кузина Имельды Треос.

Маркиз Бертран Треос имел в Шимаруте дом, в котором его семья жила почти круглый год на широкую ногу.

Виола однажды слышала от отца, что с маркизом была связана какая-то темная денежная история в Алтуэзии, но подробностей не знала. Семья Треосов нередко устраивала балы и принимала гостей, таких же дворян, живя в своем довольно замкнутом круге.