Книга Невеста для пилигрима, страница 117 – Рута Даниярова

Тейра, еще одна могучая богиня, сжалилась над Шиэлем, и одну неделю в году она меняла внешность близнецов. Красавец Шаэль становился уродом, а Шиэль делался красавцем. За эту неделю он старался поиметь как можно больше женщин, и почти каждая оставалась беременной от него. А потом у них рождались некрасивые дети— кривоногие, злые, с редкими кривыми зубами, с большими родимыми пятнами.

Однажды Шиэль, не желая возвращаться в свое уродливое тело, убил своего брата. И тут же умер сам.

Их мать, богиня Эри, навсегда скрылась в этих горах, и больше никто не видел ее лица.

Древние жрецы построили здесь храм и уверяли, что иногда богиня разговаривала с ними. Она учила, что иногда в уродстве и немощи скрывается красота. Поэтому Эри помогает людям, но лишь тем, кого сочтет достойными.

Но каждому из вас я задам наедине вопрос: кто из вас наиболее достоин милости богини?

— Пусть сначала войдет в эту дверь один из вас, — сказал Сай-вээс и указал на появившуюся за его спиной дверь.

Равьер мог поклясться, что мгновение назад стена была ровной и гладкой. Дверь медленно распахнулась, и по келье заклубился легкий туман.

Жрец испытующе глядел на стоящих перед ним людей. Мужчина с яркими зелеными глазами и изуродованным лицом. Рыжеволосый юноша с рукой, висящей как плеть. Молодая девушка с волосами цвета меди и ожогами на нежном личике. Мать, прижимающая к себе спящего ребенка.

Равьер сделал двинулся вперед и шагнул в открывшийся в стене проход.

Он почти ничего не видел из-за густого тумана. Остановившись, Равьер огляделся, не зная, куда ему идти.

— Остановись, пилигрим! — услышал он мелодичный женский голос, звучавший, казалось отовсюду. Снизу и сверху, справа и слева.

— Назови свое имя, странник, и скажи, откуда ты пришел?

— Я Равьер из Алуэты, — хрипло ответил он, чувствуя, что туман обволакивает его еще плотней, словно забирается под одежду и легко касается тела. По коже побежали ледяные мурашки.

— Странно, Равьер из Алуэты. Ты должен был погибнуть от сильного темного проклятия, обратиться в зверя. Но вмешалась светлая кровь, и тебе несказанно повезло. Ты остался жить. Почему у тебя с собой кристалл древних жрецов?

Равьер увидел, как клубы тумана вытащили наружу кристалл из его одежды и понесли куда-то вверх. Камень вспыхивал красноватыми искрами.

— Девушка, которая пришла сюда со мной, убила колдуна. Этот камень раньше принадлежал ему.

— А еще раньше кристалл принадлежал одному из наставников этого храма, убитому предателями во главе с Ро-вээсом. Почти все похищенные камни так или иначе вернулись сюда. Когда вернется последний кристалл, храм обретет прежнюю силу и величие. Сам того не зная, ты принес мне бесценный подарок, Равьер из Алуэты.

Голос стих, а потом раздался снова:

— О чем ты хочешь меня попросить?

— Могу ли я стать прежним? — спросил Равьер.

Раздался мелодичный женский смех.

— Никогда нельзя стать прежним, пилигрим. Ты просишь о невозможном. Но я разрешаю тебе попросить еще раз.

— Могу ли я вернуть свою внешность?

Туман плотно набивался в легкие, мешал дышать.

— Я могу помочь только тебе или одному из твоих спутников. Юноше, ребенку или девушке, имя которой напоминает цветок. Что ты скажешь, Равьер из Алтуэзии? Хочешь ли снова иметь пригожее лицо и тело без этих шрамов?