Книга Солнце Сантьерры, страница 77 – Рута Даниярова

Его лицо было бледным.

Мы прилетели к больнице, где нас уже ждал Дуглас Стюарт.

Коннор с Эваном схватили носилки с Робом и понесли внутрь. Я побежала следом за ними. Затем принесли носилки с Терезой Доктор мельком глянул на нее, пощупал пульс и покачал головой.

— Мне очень жаль, мистер Хоган, — я услышала слова доктора.

— Ваша жена получила травмы, несовместимые с жизнью. Множественные переломы, наверняка разрывы внутренних органов.

Коннор кивнул.

Доктор подключил к Робу какие-то трубочки, затем ввел лекарство в вену.

— Сейчас просканируем, — сказал он.

— Переломы ног, наверняка сотрясение, склонившись над сыном, сказал доктор. — Мальчику повезло. Сейчас наложу фиксаторы на ноги, я попрошу вас пока выйти.

Через час Роб уснул, а я сидела у его постели. Роб был бледным, он тяжело дышал во сне.

Хоган сидел рядом, ничего не говоря.

— Мне так жаль, миссис Эклз, — сказал Хоган.

* * *

— Теперь вам жаль, конечно! Разве вы не знали, что с ней не все в порядке! Вы ведь жили с ней под одной крышей! — гневно закричала я.

Меня охватила злость от слов Коннора. По вине Терезы мой сын сейчас лежал без сознания с переломами.

В это время дверь открылась, и в палату тихо вошли близнецы.

— Мама, как Роб? — шепотом спросила Энни. Она плакала.

— Доктор сказал, что ему надо сейчас поспать.

— Нас Эван привез. У Роба что, нога сломана? — спросил Энтони, глядя на фиксатор из легкого, но очень прочного материала.

Я кивнула, сдерживая слезы.

— Мистер Хоган, Кана и Мей забрал пока к себе мистер Брайтон, — на пороге появились Рита и Марк.

Коннор вышел из палаты.

— Всегда мне казалось, что эта миссис Хоган чокнутая, — хмуро сказала Рита. — Кэтрин, ты не волнуйся, я присмотрю за ребятами, сколько надо. Поешь пока.

Она выложила сэндвичи, которые я готовила утром, собираясь в поездку. Есть совсем не хотелось.

В это время в палату вошел Петер Йенсен.

— Сочувствую, миссис Эклз, — произнес он, оглядывая всех нас холодными голубыми глазами. — Распоряжусь, чтобы к вашему сыну пригласили лучших врачей.

— Спасибо, мистер Йенсен.

Через час в палату вошел Дуглас Стюарт с высоким темнокожим мужчиной.

— Я доктор Август из Примы, — сказал он. — Попрошу всех выйти, миссис Эклз, мы с коллегой осмотрим мальчика.

В холле я увидела Хогана. Он сидел, сцепив руки и опустив голову. На левой загорелой щеке выделялся тонкий белый шрам.

Мне кажется, прошла целая вечность, когда доктор Август пригласил меня зайти в палату. Я так и не спросила, это его имя или фамилия.

— Если все пойдет хорошо, через три-четыре месяца ваш сын сможет самостоятельно ходить, но пока надо набраться терпения, должны зажить ушибы, — сказал он. — Мальчику очень повезло, тело женщины смягчило удар. Сейчас он на сильных обезболивающих и будет спать. Всего хорошего, — и он вышел из палаты.

— Я буду в соседнем кабинете, миссис Эклз, — сказал Дуглас Стюарт.

Я попросила Риту увести детей домой, потому что скоро должно было стемнеть.

— Может, мне остаться? — спросил Марк, касаясь моей руки.

— Не надо, приходите завтра.

Мы попрощались, и я вошла в палату.

Лицо Роба было бледным, он иногда постанывал во сне.

Самое тяжелое для меня было сейчас сидеть рядом и ощущать свою беспомощность. По моему лицу катились слезы отчаяния. Я ничего не могла сделать, только ждать.