Книга Семья для черного дракона, страница 39 – Алиса Рид

— Красивая сокровищница, мой сладкий.

— Там прелесть, - сын с удовольствием указал на перекопанный участок сада.

Не единственный. Увы, но создавать сокровищницы мой сын научился раньше, чем ходить. К большой головной боли моего садовника.

— Эирик Джонатан Леонард, - при любом серьезном разговоре я старалась обращаться к сыну полным именем. – Мы же договаривались с тобой, что ты не станешь больше раскапывать сад. Дедушка Дин очень трудился, чтобы сделать для нас всю эту красоту.

— Ну мааам… Всего одну маленькую сокровищницу.

— Скоро наша каменоломня начнет добывать камни. Красивые, с золотыми полосками, - теперь главное отвлечь ребенка от непреднамеренного вандализма. – мы с тобой выберем самые-самые и построим из них настоящую сокровищницу.

В родовое хранилище моему малышу путь был закрыт. Как и ко всем драгоценностям.

Воспитание необычного дракона постигалось не без трудностей. Иногда хищная сторона брала верх над разумом, превращая любознательного и добродушного малыша в маленький ураган, охотящийся за курицей из кастрюли повара и роющий импровизированные сокровищницы в саду.

Хорошо еще летать не пробует.

Второе имя, Джонатан, моему мальчику дал граф. В честь основателя рода, справедливого колдуна, пятого сына не слишком состоятельного аристократа. В свое время он сумел не только дослужиться до хорошей должности при дворе, но и поучаствовать в отделении независимых земель. Он же наладил быт, который успешно существовал пока нерадивые потомки не растратили состояние.

Я же чаще обращалась к сыну ласковым домашним именем Лео.

— А ты привела сегодня новых жителей?

— Да, к лорду Пирсону в рыбацкую деревню. Сразу две семьи.

Когда началась война я не смогла остаться в стороне. Перехватывая одиночные повозки и небольшие группы беженцев, я предлагала защиту и дом.

Нехватка рабочих рук была одной из самых веских причин, побудивших меня сблизиться с соседями. представившись дальней родственницей, вдовой, чтоб не шокировать местное общество, я постепенно, шаг за шагом, выстраивала доверительные отношения. Посещала домашние приемы, ужины и музыкальные вечера. К радости балы здесь не были распространены.

На них банально не было денег. Но в этом никто не признается.

К моей деревне, на треть состоявшей из семьи шеспов. относились снисходительно. И не без опаски, что меня несказанно радовало. Кто бы мог подумать, что слух о кровожадности жителей замка может уберечь мою семью от каких-либо визитов. И вопросов к далеко не бедной обстановке моего дома.

Или все дело в крокодиле, который на совесть отрабатывал свое призрачное проживание.

Часть переселенцев, не зараженных предубеждением о шеспах обосновались в деревне. Заработал маленьких храм, постепенно наполнялась школа.

Совсем скоро прибудут первые учителя грамоты и счета для детей и несколько ремесленников из Локсфорта, согласившихся обучать кузнечному делу и гончарному мастерству всех желающих.

Общаясь с переселенцами я с ужасом узнала о губительных налогах и подчас невыносимому качеству жизни простых людей с окраины королевства. А невозможность покинуть родные места и вовсе ввергало в уныние. Не у каждого был скот, далеко не все имели возможность учиться и содержать себя. Почти весь урожай с полей и личных огородов шел на погашение налогов. Подъёмные, гарантированные казной, не покрывали и малой части того, что потеряли люди.