Книга Голос прибоя, страница 90 – Эмма Хамм

Еще правее была кухня, но все ящики кто-то вытащил и раскидал по полу. Часть разломана так, что уже и не починить. Даже дверцы болтались на сломанных петлях.

Во всем помещении было одно-единственное окно, ведущее в океан, маленькое, едва больше головы Эйс. Тусклый свет окрашивал всю комнату в болезненно-желтый цвет.

— Здесь уже очень давно никого не было, – сказала она и, хрустя обломками под ногами, направилась в заднюю часть квартиры. – Ну в кабинете же должно что-нибудь быть, так?

Но задняя дверь вела не в кабинет, а в крохотную комнату с останками кровати и пустым пространством, вероятно когда-то бывшим шкафом. У этого доктора в его жилище даже не было собственного туалета.

— Черт.

И дальше что? Неужели тупик?

У Эйс больше не было других зацепок. И надежды тоже не было. Если все это место разобрали на запчасти, значит, ключ у кого-то другого.

Но тут Тэра прицепилась к стене, взобралась по ней и прицепилась к чему-то вроде пульта системы сигнализации. Повозилась с чем-то, а потом…

Голограммы. Много голограмм.

Эйс стояла и смотрела, как люди выламывают дверь и что-то бормочут – на записи было не разобрать. Усевшись на корточки, она наблюдала, как они разносят квартиру. Одетые в странные костюмы, словно жили в состоянии вечного Хеллоуина. Маски, шляпы с перьями, яркая одежда в пестрых узорах.

— Игрушечная башня? – пробормотала она. – А они-то что здесь забыли?

Некоторые из них принесли с собой биты, которыми разносили все вокруг. Еще несколько орудовали ножами, вскрывая кресло и диван с такой жестокостью, будто человека резали. Но Эйс смотрела на одного мужчину, который во всем этом не участвовал. Он был чуть старше остальных, уже седой, со слишком внимательными глазами.

Он что-то искал. Пока остальные предавались голографическому безумию вокруг, он один был спокоен, как око урагана. Эйс смотрела, как он медленно ходит по комнате, болтает с остальными, притворяется частью торжества. Но потом он нырнул в спальню. Пошарил там, где раньше, наверное, стояла кровать, и что-то убрал в карман.

И, словно ничего и не произошло, присоединился к остальным, схватил биту и принялся все крушить. Словно и не забрал только что что-то очень важное.

— Интересно, кто это? – пробормотала Эйс, щурясь на голограмму. – Потому что нам нужен именно он.

И ей никак это не выяснить, не сунувшись в игрушечную башню. Что Эйс делать… не особо хотела.

Но у нее не осталось выбора. Ей нужен был этот ключ, а значит, это была следующая ступень плана.

Тяжело вздохнув, Эйс протянула руку, чтобы Тэра спрыгнула ей в ладонь.

— Ну хорошо. Видимо, мы отправляемся в самый ад.

Осталось только убедить Макетеса, чтобы он ее туда отнес.

Каждый раз, когда он не видел Эйс прямо перед собой, страх почти парализовывал его. Будь она какой-нибудь другой самкой, Макетес бы так не волновался. Женщины его вида были куда сильнее мужчин. Он бы мог спокойно уплывать и не бояться, что кто-нибудь убьет Эйс. Плавал бы себе по морю, добывал для нее еду, знал, что она в безопасности.

А вместо этого каждый раз, когда они были порознь, Макетес только и думал о том, что Эйс может кто-нибудь убить, а он об этом даже не узнает, пока не вернется и не почувствует вкус ее крови в воде. Как Арджес и Дайос с этим жили? Они были куда больше него, а значит, защищали своих женщин куда лучше.