Книга Кухарка поневоле для лорда-дракона, страница 20 – Юлий Люцифер

Я вышла из верхней кухни, когда коридоры уже утонули в вечерней тишине.

Факелы горели ровно.

За окнами сгущалась синяя ночь.

Я шла быстро, не оглядываясь, но кожей чувствовала: замок за мной следит.

Не люди. Сам замок.

Каждая дверь здесь что-то знала.

Каждая лестница вела не только вверх или вниз, но и в чужие тайны, о которых лучше было бы не спрашивать.

И все же я уже спрашивала.

Даже когда молчала.

У поворота к служебному крылу я резко остановилась.

В полумраке, у высокого окна, стоял Арден.

Один.

Будто ждал.

Я сжала пальцы сильнее.

— Вы что, научились появляться так, чтобы у людей останавливалось сердце?

Он посмотрел на меня спокойно.

— Тебя пытались отравить.

Я замерла.

— Уже доложили?

— Мне не нужно, чтобы мне докладывали все.

— Удобно.

— Ты злишься.

— Меня пытаются убить на вашей кухне. Как думаете?

Он сделал шаг ближе.

— Тебя не убьют.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что я не позволю.

Я усмехнулась.

Горько.

— Вы любите говорить так, будто этого достаточно.

— Обычно достаточно.

— А вот мне почему-то не легче.

Он остановился напротив.

Слишком близко для пустого коридора.

Слишком спокойно для человека, у которого в доме пытаются отравить того, кого он сам держит рядом.

— С этого дня ты ничего не ешь и не пьешь без проверки, — сказал он.

— Опять приказ?

— Да.

— Удивительно. А я-то надеялась на заботу.

Он смотрел долго.

Потом тихо произнес:

— Это она и есть.

И вот тут мне стало опасно не из-за замка, не из-за яда, не из-за Лиары и не из-за чужого мира.

А из-за того, как у меня дернулось сердце на эту фразу.

Я отступила на шаг.

— Не надо.

— Чего?

— Говорить так, будто вы имеете на это право.

В его лице что-то изменилось.

Почти незаметно.

— А если имею?

— Тогда мне тем более лучше держаться от вас подальше.

Я развернулась прежде, чем он успел ответить.

И только когда дошла до своей двери, поняла: в этом замке и правда боятся даже шептать.

Потому что любое слово здесь может стать началом беды.

Следующим утром я проснулась раньше стука в дверь.

Просто открыла глаза и сразу поняла: спать больше не получится.

В комнате было темно-серо. За окном только-только начинало светлеть, но замок уже жил своей скрытой, настороженной жизнью. Где-то далеко скрипнула дверь. Внизу глухо ударило железо. По камню прошли чьи-то быстрые шаги.

Я лежала, глядя в потолок, и думала о пузырьке.

О том, как легко он появился на моем столе.

О том, как никто ничего не видел.

И о том, что Арден узнал слишком быстро.

То ли у него в замке действительно не было тайн от него, то ли некоторые тайны он чувствовал раньше всех.

В обоих случаях легче мне не становилось.

Когда я спустилась в верхнюю кухню, там уже горел свет.

Марта стояла у окна с чашкой в руке и выглядела еще суше, чем обычно.

— Жива, — сказала она вместо приветствия.

— Вас тоже рада видеть.

— Не остри. Сегодня у меня на это нет времени.

Я молча завязала фартук.

Яна уже возилась у теста. Хоран перебирал мясо. Рика не было видно.

— Где рыжий? — спросила я.

— Отправлен вниз за поставкой.

— Один?

— А ты за него переживаешь?

— Нет. Проверяю, не прячется ли он в кладовой с очередным сюрпризом.

Марта посмотрела на меня поверх чашки.

— Правильно проверяешь.

— Значит, вы тоже не знаете, кто это сделал.