Книга В час, когда замурлычет кот…, страница 36 – Анна Леденцовская

— Да чтоб я знал, что происходит, — расфыркался котище, сидя где-то рядом с головой лежащей Веры. — Мы в лаборатории, в подвале.

— Кто «мы»? — настороженно поинтересовалась Верочка. Ее живое и богатое воображение при этих словах начало выдавать всякие ужасы.

— Так я же рассказываю, чего перебиваешь-то. — Сердитое шипение над ухом было похоже на испарение воды, попавшей на раскаленную плиту. Пушистой божественности не нравилось, когда ему не дают выложить разом всю имеющуюся в его распоряжении информацию.

— Мы — это ты, я и хозяин нашего дома Азрайт Морбейн. Маг-некромант, если помнишь. А Хиль, его дочь, сейчас пытается отмыть Ильда. Краска ужасно стойкая, и что делать с хвостом — ума не приложу. Я же не думал, что в этом махровом средневековье со свечками и рукомойниками краски делают с магической составляющей. Вот кто тебя просил такие дорогие покупать, а? Взяла бы дешевые, может, уже были бы чистые. Бедный мой хвост. И вообще…

Договорить Амуру, больше озабоченному состоянием своего пострадавшего хвоста, чем Вериной судьбой, не дал некромант. Судя по обиженному мявку и шлепку, означавшему спрыгивание животного на пол, кота шуганули, чтобы не мешал.

Теплые руки мужчины совершенно неприлично развязали небрежный бант, которым Верочка перед сном затянула ворот ночной рубашки, и скользнули к ее груди.

Мухина не успела даже возмутиться, шокированная такой бесцеремонностью, как ее выгнуло от боли, и она закричала, почти срывая связки.

Ладони некроманта, лежа одна на другой, вдавливали в солнечное сплетение что-то твердое с острыми гранями. Только основную боль причинял не этот предмет, она шла изнутри, тянущая, раздирающая тело тонкими нитями. Жесткая штуковина мага втягивала их в себя, словно спагетти.

Сколько это длилось, Верочка не знала — может, минуту или целую вечность. А потом все внезапно кончилось. В ушах будто сквозь вату послышался недовольный голос рыжего котищи:

— Знаешь, Морбейн, после того как ты свои руки Верке за шиворот запихал, ты обязан на ней жениться! — По-видимому, кот играл в их случае роль дуэньи и относился к этим обязанностям предельно серьезно.

— Я ей так-то жизнь спас. По-другому бы не получилось, и неизвестно, кем бы она потом стала в итоге. — Голос Азрайта был усталый и вымотанный, руки некромант убрал и даже завязал обратно тесемочки. — Скорее всего, марионеткой или чудовищем. Очень сильная гадость, и непонятно, как на Веру Дмитриевну ее подсадили. Ты же все время был рядом? Как мог проглядеть?

— Ну-у-у… — Судя по всему, котище не очень хотел признаваться, что самовольно транжирил деньги на еду и артефакт, оставив Веру с Хиль без присмотра в скверике на лавке. — Я всего на пару минут отлучался по нужде, но там же ваши ниу были, а еще та торговка одеждой, госпожа Бельдиворт.

— Ты бесполезная меховая варежка! Ни ниу, ни тем более какая-то лавочница не чуют магию, в отличие от тебя!

Голос господина Морбейна, казалось, был способен заморозить бассейн с кипятком за пару секунд. У Веры Дмитриевны побежали мурашки и руки покрылись гусиной кожей.

— Никогда больше — ты слышишь, животное? — никогда не смей оставлять ни ее, ни Хиль без присмотра, если вы покидаете мои земли! Самые поганые чары можно уловить, только когда их накладывают или когда они начинают действовать. Активация была завязана на сон, и, если бы я не вломился к госпоже Мухиной, чтобы высказать претензии к ее методам воспитания Хиль…