Книга Измена. Свадьба волка, страница 48 – Алиса Князева

— Что привело вас к этому выводу? — спрашивает Лирой.

— Слух.

Я опускаю взгляд. Неужели правда? Он позволяет себе такое? Ладно в другие дни, когда в замке только мы, но сейчас… Слишком много гостей!

— Это недопустимо, — рычит Лирой и идёт… куда-то.

— У-у-у, какой, — хохочет один из оставшихся.

— Да, ненавидит он нарушения правил.

— Скучный. Я вот очень даже за то, чтобы не ограничивать себя одной, а, малышка.

Это, похоже, мне.

— Не уверена, — пожимаю плечами. — Я тоже думаю, что это неправильно.

— Ой, да брось, — они подходят ещё ближе, и я чувствую, что волчица начинает рычать. — Раз он тебя не ценит, тебе тоже незачем ценить его.

— Хотя зря он, — второй наклоняется и тянет носом воздух у моего плеча. Я хмурюсь и отступаю. — Я б такое сладенькое яблочко из спальни не выпускал. Милка-то уже потасканная жизнью, даже дышать рядом с ней противно.

— Вы чувствуете её запах? — осторожно улыбаюсь я, пытаясь сменить тему.

— Конечно.

— А чего это ты не пьёшь, хозяйка? — второй ловит мою руку, в которой всё ещё зажат бокал с голубым цветком и подносит к моим губам. — Аль отравили напитки?

— Н-нет, что вы, — нервно улыбаюсь я. Я и сама не знаю, травили или нет… Если и да, то не мы. Ровер же тоже выпил.

— Тогда пей.

На мой затылок кладут руку, мешая отстраниться. Первый двуликий приобнимает за талию, не позволяя вырваться. Я испуганно выдыхаю и тут же в горло ныряет большой глоток напитка.

— Не спеши, милая, тебе сегодня хватит, — воркует первый.

Что происходит?! Я озираюсь по сторонам, не понимая, что мне делать. Гости только начали веселье. Многие танцуют, другие играют в карты. Ещё никто не успел проголодаться, так что к столам никто не подходит. Некому помочь мне. Ровер… где он? Лирой… ушёл куда-то. Сомневаюсь, что он стал бы спасать меня от… не знаю наверняка чего, но с ним однозначно было спокойнее, чем с этими двумя!

— Вот и всё, — я и сама не понимаю, как бокал становится пустым. — Как себя чувствуешь?

Сложно ответить. Всё кружится, я слышу звуки так, будто мне уши заложило. Что за… Неужели этот напиток и впрямь отравлен?

— Что вы… подмешали?

— То, что поможет тебе расслабиться, малышка.

Ничего не понимаю. Все ощущения, зрение, слух, обоняние, будто вынули из меня, хорошенько взболтали и впихнули обратно, и всё перепуталось. Зрение ощущаю слухом, обоняние вижу… Чертовщина какая-то.

— Ого, да ты малышка неважно выглядишь. Пойдём-ка, воздухом подышим.

— Твою мать, брат, я не могу. Чуешь её?

— О, да. Этот идиот не срывал пробочку.

— Правда что ли? Проклятье, да!

Кружащийся мир на миг замирает. Я понимаю, что мы на террасе. Здесь темно, пахнет… не понимаю чем.

Меня прижимают к колонне, поддерживающей деревянный увитый виноградом навес. Кто-то из двуликих, их лица смазаны, так что я не понимаю который, утыкается носом в шею и шумно втягивает воздух.

— Сладкая девочка… — он высовывает язык и проводит липкую полосу, которая тут же вгрызается в шею холодом. — Давай сделаем это здесь.

— Слишком близко. Помешают, — сомневается второй.

— Кто? Луноголовый и Альварин заняты. Пока хватятся она уже лишится самого ценного.

— И тогда герцог останется бездетным, — ладонь второго ловит мои запястья и прижимает над моей головой. Не могу двинуться!

Я плохо понимаю, о чём именно они говорят, но мне страшно. Ровер... Где ты? Ты же... обещал, что меня не тронут.