Книга (не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться, страница 165 – Лана Ларсон

Эргон промолчал, но я почувствовала через связь волну одобрения и… сильного страха за меня. Он знал, что моя решимость — это хрупкий щит, который может разбиться при первой же встрече с реальностью.

Мы влетели в Риольд глубокой ночью. Город спал, и эта тишина пугала сильнее любого шума. С высоты птичьего полета улицы казались прежними, но мое сердце колотилось где-то в самом горле, мешая дышать. Праздник «Ледяной ночи» закончился, и снег, который всего несколько дней назад укрывал столицу искристым ковром, полностью растаял. В город вернулось лето, но запах цветов и прогретой земли больше не радовал — теперь он казался тяжелым, удушливым, пропитанным чем-то чужим.

Я испытывала дикий, парализующий страх и одновременно жгучее облегчение. Мы были дома. Но это был не тот дом, который я оставляла. Воздух Риольда изменился, он стал вязким, словно само пространство сопротивлялось нашему возвращению.

Впереди в лунном свете блеснуло озеро Ольрен. С высоты оно выглядело как гладкое черное зеркало, таящее в себе древние и опасные тайны. В самом центре темнел остров с руинами храма богини Вильяры. Кажется, прошла целая вечность с того момента, когда я, наивная и отчаявшаяся девчонка, бежала туда в надежде изменить судьбу.

Судьба изменилась. Перевернулась с ног на голову, швырнув меня в объятия незнакомца, ставшего единственной опорой. Могла ли я тогда предугадать, что спасение придет в облике наглого принца-дракона? Нет. Но сейчас, глядя на разрушенный храм, я понимала: Вильяра знала, что делает.

Мы летели прямо над водой, стремительно приближаясь к антимагической зоне. Я видела, что Эргон даже не думает сбавлять скорость, летя в самое сердце запретной территории.

— Эргон, — я пригнулась к его спине, чтобы ветер не уносил слова. — Почему Озеро подчиняется тебе? Я видела, что ты можешь летать здесь, но почему его магия на тебя не действует?

Эргон не оборачивался, но я почувствовала его короткую, полную превосходства усмешку через нашу связь.

«Этот закон не действует на королевские династии, Ари, — отозвался он. — Мы прямые потомки первых королей, создавших этот мир. Озеро узнает нас. Это, так сказать, наша семейная привилегия — быть выше правил, созданных для остальных».

Однако в последний момент он резко накренился, закладывая такой крутой вираж, что у меня потемнело в глазах. Эргон вовремя вспомнил, что другие в нашем отряде не обладают его «иммунитетом». Если бы элитные стражи вслед за принцем влетели в зону тишины, их чары бы мгновенно испарились. Могучие драконы прямо в воздухе превратились бы в беззащитных людей и рухнули в черную бездну с огромной высоты.

У меня перехватило дыхание от мысли, как близко мы были к катастрофе из-за его самоуверенности.

«Снижаемся, — передал Эргон всему отряду, а я почувствовала, как напряглись его мышцы. — Держите щиты на максимуме. Мы не знаем, кто или что встретит нас. Ко дворцу пока не приближаться».

Эргон резко пошел на снижение. Напряжение в воздухе стало почти физическим, густым, как древесная смола. Я поправила кольцо на пальце и почувствовала, как Лира выпустила когти, впиваясь в мою куртку. Обратного пути больше не было.

Лапы дракона коснулись земли почти бесшумно, но я почувствовала, как по всему телу прошла вибрация. Мы приземлились в лесу, на том самом месте, где когда-то стоял лагерь делегации драконов. Но сейчас здесь не было ни огней, ни запаха дыма от костров, ни голосов стражи. Только сырость, запах прелой листвы и та самая вязкая, липкая тишина, от которой всё внутри сжималось в тугой узел.