Книга Панда в пене: Приключение, изменившее всё, страница 22 – Юлианна Славина

— Это… — осторожно начала женщина.

— Очень длинная история, — быстро сказала Юля. — И, уверяю вас, не профессиональная привычка.

Марфуша именно в этот момент решила, что бумага — прекрасный художественный материал, и понеслась по комнате, разматывая рулон с ликованием стихийного бедствия.

Собеседование всё-таки закончилось вежливо. Даже чересчур вежливо. И когда через сутки пришёл ответ в духе«мы выбрали другого кандидата», Юля ничуть не удивилась.

— Ну спасибо, — сказала она Марфуше, показывая ей письмо. — Ты буквально разрушила мою карьеру кружевным бельём.

Панда склонила голову набок, а потом подошла и положила морду ей на колени.

Юля вздохнула.

— Вот как на тебя злиться, скажи?

Марфуша, естественно, ничего не сказала. Только прикрыла глаза.

Иногда Юля выходила с ней поздно вечером во двор, когда людей становилось меньше. Не гулять в полном смысле слова — всё-таки Марфуша не была собакой, поводок категорически презирала, а к командам относилась как к философским предложениям, которые можно принять к сведению, а можно и нет. Но подышать воздухом, дать ей немного подвигаться и самой не сойти с ума в четырёх стенах было полезно.

В такие вечера двор казался почти сказочным.

Фонари золотили мокрые дорожки. Ветер качал ветви. Дымка тумана стелилась у земли. Марфуша бежала впереди, то влезая в кучу листьев, то вставая на задние лапы у дерева, то внезапно замирая и очень внимательно вглядываясь в темноту, будто слышала что-то недоступное человеку.

Это происходило не раз.

И каждый раз Юля замечала в эти секунды странную перемену в поведении панды.

Та становилась напряжённой. Собранной. Почти настороженной.

А потом вновь возвращалась к своим обычным безобразиям.

Юля не придавала этому большого значения. Пока ещё.

Но именно после одной из таких прогулок началась та ночь, которая разделила её жизнь окончательно — надоипосле.

В тот вечер Юля легла поздно.

День выдался изматывающим. Она снова рассылала резюме, разговаривала с одной кадровичкой, долго пыталась свести месячный бюджет с новыми реальностями и под конец ещё мыла кухню после того, как Марфуша стащила пакет с мукой и решила, что белая пыль на полу — прекрасная декоративная идея.

Теперь квартира наконец была относительно мирной.

Юля приняла душ, надела старую длинную футболку, собрала волосы в небрежный узел и вышла из ванной, вытирая руки полотенцем.

Марфуша уже лежала в комнате на своём пледе, но не спала. Её уши были настороженно подняты, а взгляд направлен куда-то в сторону кухни.

— Что? — спросила Юля.

Панда перевела на неё глаза, потом снова посмотрела туда же.

Юля прислушалась.

Ничего.

Только привычный городской фон: далёкие машины, шум трубы, кто-то хлопнул дверью в подъезде.

— Опять тебе мерещится, — сказала она. — Всё нормально.

Но Марфуша не расслабилась.

Уже лёжа в постели, Юля ещё некоторое время ощущала смутное беспокойство. Не страх, нет. Скорее неприятное чувство, как будто что-то в доме изменилось на полтона, едва заметно, но достаточно, чтобы кожа на плечах покрылась мурашками.

Она списала это на усталость.

Сон пришёл тяжёлый, неглубокий.

А потом — резкий звон.

Грохот. Треск стекла. Короткий, яростный рычащий звук.

Юля подскочила так резко, что едва не свалилась с дивана.

Сначала она ничего не поняла. Сердце колотилось в горле. В темноте комната казалась чужой. Только через секунду дошло: звук пришёл с кухни.