Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 28 – Ирэна Рэй

— Всё самое ужасное, что могло со мной случиться, уже произошло, — ответила она. Боль, острая и тупая одновременно, кольнула внизу живота — фантомная, предательская память тела.

— Риченда, вы — герцогиня Алва, — твёрже и настойчивее напомнил ей Рокэ. — А в Надоре это имя…

— Я — северянка и там мой дом, — перебила его Риченда, нервным, почти судорожным движением перекинув волосы за спину. Её пальцы дрожали. — Мне необходимо уехать из Олларии, из этого особняка, в котором всё напоминает о… — девушка замолчала, слова застревали в горле непроходимым комком, сквозь который прорывалось её отчаяние.

— Я понимаю ваши чувства, — стараясь говорить как можно мягче, произнёс Рокэ в стремлении утешить её. — Вы можете поехать со мной в Кэналлоа. Морской климат…

— С вами? — оборвала его Риченда. — Это невозможно.

Он едва заметно дёрнулся, словно она ударила его по лицу и, отвернувшись к огню, на какое-то время застыл, силясь подавить разочарование.

— Хорошо, езжайте, — наконец проговорил Рокэ. — Но в качестве охраны я дам вам столько людей, сколько сочту нужным.

— Как угодно, — бесцветно произнесла Риченда. Ей было всё равно. Пусть хоть целую армию выставит. Никакая стража не защитит её от призраков внутри. — Прощайте.

— Дана.. — Рокэ обернулся и шагнул к ней, протянул руку, но та замерла на полпути, будто он считал себя недостойным коснуться её. По его лицу Риченда видела, что в нём происходит тяжёлая внутренняя борьба. — Вы позволите мне проводить вас? — в его голосе слышалась надежда, но он говорил так, будто заранее знал её ответ, который не заставил себя долго ждать:

— В этом нет необходимости.

— Дана, я не стану препятствовать и отпущу вас, но прежде нам нужно…

— Нет! — воскликнула она. Скорбь её оставалась слишком глубока, а рана слишком свежа, чтобы говорить о ней. Слова лишь терзали сердце, напоминая о потере и невозможности ничего изменить. — Я не хочу об этом говорить. Никогда! Слышите?

— Я не стану причинять вам ещё большей боли, — проявляя милосердие к её состоянию, сказал Рокэ, и Риченда была благодарна ему за это, но когда он всё же попытался коснуться её плеча, предупреждающий жест девушки заставил его опустить руку.

— Рокэ, то, что я сказала тогда… Простите меня, я была не в себе. В случившемся нет вашей вины, я была глупа и слишком беспечна. И из-за меня погиб Диего. Я одна во всём виновата. Только я.

— Дана, нет! — его голос прорвался, низкий и рычащий, полный такой ярости, что она инстинктивно отступила. — Не смейте винить себя! Диего погиб, исполняя свой долг. То, чего не сделал я, — жёстко произнес Рокэ, признавая свою вину и не смея просить о прощении. В синей глубине его глаз бушевал шторм из злости и беспомощного отчаяния. — Вы доверили мне свою жизнь, но я… — он сжал кулаки, ярость в потемневших глазах сменилась сожалением и презрением к самому себе.

— Рокэ, перестаньте считать себя всемогущим, — остановила она его. — Вам многое подвластно — гораздо больше, чем всем прочим, но и вы не можете спорить с судьбой.

— Судьбой… — глухим эхом повторил Алва, и что-то в его лице изменилось, теперь он смотрел на неё со странным трудноразличимым выражением, которое Риченда не могла истолковать.

— Прощайте, Рокэ, — с этими словами она повернулась к двери, но не успела сделать и шага, как снова услышала его преисполненный горечи голос.