Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 20 – Ирэна Рэй

— Но ведь король не может иметь детей.

— Кто вам такое сказал? Ваш добрый друг Штанцлер?

— Почему тогда все считают иначе? И если это не так, почему вы не скажете?

— Глашатая нанять? — фыркнул Алва.

— Вы бы могли сказать мне.

— Я полагаю, вас мало это заботит, потому как вы приняли сей факт от других, и он вас вполне удовлетворил.

— То есть, если бы я спросила…

— Я бы сказал вам правду.

— Почему вы позволяете всем думать, что они ваши? — задала вопрос Риченда, но тут же сама нашла ответ: — Для них это защита. Пока враги короны уверены, что дети ваши, их никто не тронет. Поэтому Фердинанд не пресекает слухи, порочащие его честь.

— Вы стали очень проницательны и начали разбираться в политических играх, — заметил Рокэ.

— Я бы разбиралась чуть лучше, если бы вы были со мной откровеннее.

Герцог нахмурил брови, отчего на переносице запала глубокая складка, и сказал:

— Не уверен, что хочу, чтобы вы влезали в эту грязь.

«Но я уже давно влезла», — подумала Риченда, вспоминая сделку с магнусом «Истинников». И хотя сейчас всё это было уже позади — она расторгла соглашение, встретившись с отцом Джеромом как раз перед своим вынужденным затворничеством в особняке два месяца назад, но никакого ответа от Клемента на свой отказ не получала и это не могло её не тревожить. Магнус был страшным человеком, и Риченда опасалась его гнева. Хорошо, что Рокэ наконец вернулся и увезёт её подальше от столицы.

— Что вас тревожит? — спросил Алва, как всегда безошибочно чувствуя её состояние.

Риченда не могла ему открыться и, отчаянно призывая на помощь свои сочинительские таланты, заговорила совсем о другом:

— Они меня не примут. Ваши подданные. Я северянка. К тому же Окделл.

— Риченда, посмотрите на меня и запомните то, что я сейчас скажу, — твёрдо, отчеканивая каждое слово, произнёс Рокэ, и Риченда, подчиняясь гипнотической власти его голоса, послушно заглянула в его нависшее над ней лицо. — Вы — герцогиня Алва.Моя герцогиня, — Рокэ слегка подался вперёд, ловя и удерживая её взгляд, и Риченда застыла, заворожённо глядя в его глаза, и, кажется, забыла, как дышать. — Я не хочу, чтобы вы о чём-либо беспокоились. Особенно теперь, — его взгляд скользнул по её округлившейся талии, и на короткое мгновении Рокэ позволил себе некое подобие улыбки.

Моя герцогиня. Никогда раньше Риченда не слышала от него ничего подобного. В её глазах задрожали слёзы, крупными каплями собираясь на ресницах, и девушка сжала губы, стараясь не расплакаться.

— Риченда, я отдаю себе отчёт в том, что, женившись на вас, изменил не только свою жизнь, но и вашу. И в тот момент, как и не раз позже, я опасался, что своим решением меняю вашу жизнь в худшую сторону. Но это лишь моя ответственность — не ваша. У алтаря я пообещал вам остаток своей жизни, и я без раздумий отдам её, чтобы сберечь вашу, — он смотрел на неё так внимательно, будто заглядывал в самую душу, и Риченде подумалось, что он знает обо всех её тайнах и страхах. — Вам сложно мне доверять, но я прошу вас хотя бы попытаться мне верить.

Не найдя внутри опустевшей головы подходящих слов для ответа, Риченда молча кивнула в знак согласия. Она ему верила: он сдержит данное обещание и позаботится о ней. Не позволит ни Клементу, ни Дораку навредить ей.