Книга (не) Желанная. Замуж за врага, страница 76 – Ирэна Рэй

— Неужели вы влюблены в него? Как и все прочие не смогли устоять? Бедняжка! — наигранно пожалела её Катарина. — Я вас разочарую: он не умеет любить, для него неведомо это слово. А тот, кто любит его, быстро ему надоедает, — в голосе Её Величества явственно сквозил сарказм и предвкушение торжества. — И вы не станете исключением, — закончила она со снисходительной улыбкой.

Все попытки королевы задеть её развеяли последние сомнения Риченды: Катари любит Алву, как бы она ни пыталась убедить всех в обратном.

Всё это время Катарина лгала ей, называла подругой, была внимательна, добросердечна, сочувствовала её утратам, всячески выражая свою симпатию, и при этом обманывала.

Катари никогда не была той, какой видела её Риченда. Она лишь играла роль набожной, почти святой королевы, извлекая пользу из всего, что могло бросить хоть малейшую тень на её безупречную репутацию.

Выражение кроткого благодушия, по которому о ней судили, оказалось лишь искусной ширмой, за которой пылали огнём низменные страсти.

Катари предостерегала её от ошибок, рассказывала все эти ужасы об Алве, а причина была лишь одна: любовницу Ворона терзала ревность. Тогда и особенно сейчас: ведь у Катарины никогда не будет того, что есть у Риченды, то единственное, что так страстно желала, но никогда не получит королева Талига — стать герцогиней Алва.

Разочаровываться было больно, но это урок на будущее: нельзя верить всему, что говорят.

— Возможно, вы правы, Ваше Величество, и я ему быстро наскучу, — согласилась Риченда,— но от этого он не перестанет бытьмоиммужем.

На щеках Катарины выступили алые пятна, а веер в руках переломился пополам:

— Выйдите вон!

* * *

«Странная эта штука — надежда, — с изводящей душу тоской думал Леонард. — Только недавно тебе казалось, что твоя любовь — вот она, совсем рядом, но в следующее мгновение ты словно просыпаешься, и реальность предстаёт перед тобой во всей своей суровой действительности. Ты вновь остаешься один, а твоя возлюбленная — украдена другим и нет ни единой возможности вырвать её из лап чудовища».

В том, что Ворон навязал герцогине этот брак, у Леонарда не было сомнений. Риченда никогда бы не связала свою жизнь с убийцей отца по доброй воле.

Манрик был готов на всё ради этой девушки. Но, увы — судьба вновь посмеялась над ним, сначала подарив надежду на союз с той, кто была Леонарду так понятна и близка, а потом безжалостно разбила все его мечты.

Он не хотел идти сегодня во дворец, ловить на себе унизительные, сочувствующие или насмешливые взгляды, слушать шепотки за спиной.

Можно было бы укрыться на некоторое время за стенами особняка, но в глубине души Леонард понимал, что это означало в очередной раз признать собственную слабость. А слабым он больше быть не хотел. И потому, собрав волю в кулак, он решил идти до конца.

Она танцевала с Алвой, улыбалась и выглядела… счастливой?..

Леонард наблюдал за ними с верхней галереи, в зал он так и не решился войти. Ревность стальной иглой жалила сердце каждый раз, когда их руки соприкасались.

Завтра же он подаст рапорт о переводе на север или в действующую армию, потому что остаться в Олларии и каждый день видеть герцогиню Алва, мучаясь от болезненных мыслей о возможном, но потерянном счастье, невыносимо.