Книга Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи, страница 92 – Виктория Богачева

Шрам по-прежнему выделялся щеке длинной, вытянутой полосой. Я вспомнила ощущение бесконечной бездны, которое испытала вчера, когда попыталась на него посмотреть изнутри, и содрогнулась.

Откуда у Кассиана появилась та брошь? Как у него оказалась чёрная скверна Разлома? Знал ли он, что передавал мне, или его держали в неведении?..

Вопросы множились, и я чувствовала, что ответы на них лежат в прошлом.

Когда я покинула спальню, ещё в коридоре мне показалось, что в крепости царило странное возбуждение. Разыскивая Эйнара, я вышла наружу, но не увидела ни одного знакомого лица даже среди тех, кто заделывал проём в стене. Наверное, и Кейран, и Дарен по-прежнему оставались в целительской. Тогда наугад я дошла до трапезной, но и там было пусто, и я направилась в третье место: просторный зал, в котором провела свою первую ночь в крепости. В нём драконы обычно собирались, если требовалось что-то обсудить, или Эйнар провозглашал обязательный для всех приказ.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Взволнованные, громкие голоса я услышала издали и невольно замедлила шаг. Но дверь в зал была приоткрыта, и я остановилась на пороге, с изумлением вглядываясь в лица нескольких мужчин, которых никогда прежде не видела в Последнем пределе! Неужели в крепости гости?..

Эта мысль заставила меня напрячься и отступить от двери. Я не была уверена, что мне безопасно встречаться с чужаками. Особенно сейчас. Но Эйнар, заметив меня, громко окликнул. Неужели настолько доверял своим гостям? Я почувствовала досаду, но сбегать уже было поздно. Да и выглядело бы глупо. Потому я развернулась и вошла в просторный зал.

Здесь горели все факелы, и от этого воздух был чуть затуманен копотью и жаром. На длинных столах лежали развёрнутые карты и чертежи, рядом стояли глиняные кружки, кувшины и валялись куски хлеба — видно, встреча началась в спешке и затянулась.

Возле Эйнара стояли трое мужчин. Двое выглядели младше, в тёмных камзолах, с узкими кожаными наручами и кинжалами на поясе. Они держались чуть позади, явно не считая себя равными военачальнику Последнего предела. Но третий…

Третий приковал к себе внимание с первого взгляда.

Высокий, широкоплечий, с густыми тёмными волосами, собранными в тугой узел на затылке, и суровыми чертами лица. Во взгляде небесно-голубых глаз было столько холодной властности, что я невольно напряглась. На нём был длинный тёмно-серый плащ, отороченный мехом, и простая, но добротная одежда без излишеств.

С Эйнаром они были одного роста и смотрелись… равными.

Я подошла ближе и теперь могла расслышать последние слова гостя.

— …они прорываются всё чаще, — говорил темноволосый дракон низким, гулким голосом. — Вчера на рассвете один из наших отрядов потерял двоих. Прежде мы знали, когда ждать удар, но теперь границы размыты. Это хаос.

Он обернулся, и его взгляд скользнул по мне, оценивающий, тяжёлый. Я не была уверена, что он вообще понял, кто я такая, но всё равно невольно прижала ладони к бокам и выпрямилась.

— Это военачальник Восточной крепости, Арден, — сказал Эйнар сухо. — Он прибыл, потому что и на их рубежах участились нападения.

Я кивнула, нахмурившись про себя, ведь совершенно точно знала, что без веской причины драконам не разрешается покидать крепости Каменного пояса. На тот полёт к матери Эйнар потратил свой единственный свободный день за два месяца. Вероятно, правила были едиными для всех, и неожиданное прибытие военачальника Ардена указывало на серьёзность ситуации куда лучше любых слов.