Книга Возлюбленная короля, страница 161 – Фрида Ли

Куда же исчезло наше счастье? Куда подевалась та любовь, которая казалась вечной и нерушимой? Со временем мне стало казаться, что его никогда и не было, словно все то время, когда я была счастлива с ним, было лишь сном, иллюзией, призрачным видением, сотканным из лжи и обмана.

— Вы слышали новость? — прошептала мне незнакомая женщина на ухо, когда я подошла к деревянному прилавку, заваленному свежими, спелыми яблоками, источающими опьяняющий аромат.

— Новость? — переспросила я, стараясь казаться равнодушной, хотя все внутри меня замерло в предчувствии беды.

— Да, новость из королевского замка, — прошептала незнакомка, оглядываясь по сторонам, словно боялась, что нас подслушивают.

От произнесенных слов женщины мое сердце замерло, а потом снова забилось только в более ускоренном, паническом ритме. Кровь отхлынула от лица, и ноги предательски ослабли.

— Нет, не слышала, — как можно спокойнее ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Поделитесь?

И как только женщина открыла рот, чтобы поскорее поделиться со мной свежими, ужасными новостями, фермер, стоявший за прилавком, перебил её:

— Снова сплетничаешь, Маргарет! — Мужчина в большой соломенной шляпе, с обветренным лицом и добрыми глазами, вложил мне в руку сочное яблоко и поспешно предостерег меня. — Этой бабе хлеба в рот не клади, дай языком почесать, она все выболтает!

— А вот и не сплетня! — возмутилась некая Маргарет, сердито поджав губы. — Все уже знают главную новость из замка!

— Ааа, ты об этом, — поникшим голосом ответил ей мужчина, и тут же перекрестился, опустив глаза. — Бедный Эдуард…

— Бедный? — поспешно переспросила я, не в силах больше сдерживать свой страх. — Почему Вы назвали его бедным? Что с ним случилось?

Замерла в мучительном ожидании ответа, безжалостно впившись зубами в нижнюю губу и прикусив ее до крови, чувствуя, как на языке появляется солоноватый привкус. Пульс уже загрохотал в моих ушах, заглушая все остальные звуки.

— Отдал свою жизнь за честь и корону, — медленно, с болью в голосе ответил мне фермер, избегая смотреть мне в глаза.

Нет… Нет, этого не может быть! Это чудовищная, жестокая ложь!

— Он мучил его в темнице, — прошептал мне на ухо женский голос Маргарет, от которого у меня по коже побежали мурашки. — Говорят, что перед смертью он был настолько изможден, что его даже нельзя было показывать людям. Поэтому его казнили тайно, в темной сырой камере, чтобы никто не узнал правду. Поговаривают, что этот братоубийца хочет закопать тело своего брата в безымянной, тайной могиле, чтобы никто не мог поклониться его праху и вспомнить добрым словом.

Земля стала уходить из-под моих ног, и мир вокруг замер, перестал существовать. Моя жизнь остановилась в этот самый момент, оборвалась, как тонкая нить.

Пресвятая Матерь Божья, нет… Нет! Ты не могла так поступить! Ты не могла не услышать мои молитвы! Я каждый день умоляла тебя о его спасении, просила защитить его от врагов!

Моя беззвучная мольба зазвенела в моих ушах, разрывая барабанные перепонки, а с ними и мою душу в клочья. Тело задрожало так, будто вот-вот было готово испустить дух, словно его пропустили через мясорубку. Легкие горели огнем, не давая сделать вдох. Сердце не просто пропустило удар, а казалось, что и вовсе остановилось, навсегда лишая меня жизни. Слова Маргарет, словно ядовитые стрелы, вонзались мне в сердце, и перед глазами стали мелькать ужасные картинки с измученным супругом моим, с его бледным, окровавленным лицом, с его полным боли взглядом. И каждая новая картинка вышибала из моего тела остатки духа, лишая возможности дышать, двигаться, жить.