Книга Повелительница его сердца, страница 94 – Мэри Джо Патни

— Зайди в книжный магазин на Хай-стрит. Ты, должно быть, его помнишь. Грета Олсон продает принадлежности для художественного творчества. У тебя есть листок бумаги? Я составлю список того, что нужно купить. В столе лэрда лежит бумага для записей.

— Да, было бы неплохо, если бы ты составила подробный список, — кивнул Рамзи и прошел через арку в смежную комнату, которая служила старому лэрду гостиной и кабинетом.

Здесь стоял массивный письменный стол деда — семейная реликвия. Рамзи собирался покопаться в его ящиках, когда будет время, наверняка найдет много интересного. Открыв правую дверцу, он обнаружил на полке записную книжку деда. Дункан всегда делал для себя заметки, составлял списки необходимых покупок и намечал планы первоочередных дел.

Рамзи просмотрел всю книжку до последних записей. Почерк деда постепенно изменялся: становился все менее разборчивым, так как руки у него, по-видимому, дрожали, — тем не менее прочитать было можно.

«Попросить Роальда продлить срок погашения кредита». Рамзи уставился на эту запись, понимая, что, несмотря на ее простоту, ничего хорошего в ней не содержалось. Ему нужно было срочно поговорить с Роальдом и выяснить, сколько дед задолжал ему и когда наступал срок выплаты.

— Ну что, нашел бумагу? — окликнула его Сигни. — Обычно лэрд хранил нарезанные листы в верхнем левом ящике.

Он отогнал тяжелые мысли и заглянул в левый ящик. Там действительно лежала стопка чистой бумаги. Он взял верхний лист.

— Диктуй!

— Начну с того, что обычно хранится на складе, а затем добавлю еще кое-что, если повезет, это может быть у нее в наличии, — сказала Сигни и принялась перечислять товары и называть их производителя, поскольку качество их очень различалось.

Когда она закончила, в комнате появилась миссис Донован с подносом, нагруженным ивовым настоем, медовыми пирожными и аптечкой.

— Обычно за больными в доме ухаживаю я, — сказала экономка, открывая аптечку, — а Донован лечит лошадей, но он прекрасно справляется с травмами и у людей.

Она налила в чашку ивового настоя и передала ее Сигни.

Рамзи кивнул:

— Я перекушу, а потом пойду с рабочими к домику. Спасибо за помощь, — поблагодарил он экономку.

Спустившись на кухню, он выпил горячего чая с бутербродами, это придало сил, за чаем просмотрел поступившие из разных уголков архипелага сообщения о последствиях шторма. Мейнленду повезло, похоже, обошлось без жертв, если не считать пары утонувших овец. Судя по всему, больше всего пострадала Сигни, вернее — ее домик.

Тем временем перед усадебным домом собралась бригада рабочих. Донован пришел с тележкой, нагруженной тряпками, метлами, ведрами и большими рулонами брезента. С ним пришел молодой конюх. К ним присоединились две горничные, и вся группа отправилась к домику.

Все эти люди любили Сигни, очень ей сочувствовали, поэтому энергично взялись за работу. Слава богу, водопроводная труба и запорный кран на кухне оказались исправны, так что горничные тщательно перемыли всю посуду, прежде чем аккуратно завернуть в тряпки и упаковать в корзины.

Рамзи и Донован собрали в спальне оставшуюся промокшую одежду Сигни и кое-какие личные вещи. Среди них было несколько сильно пострадавших книг, которые, скорее всего, уже нельзя спасти, однако Рамзи все-таки их упаковал. Затем они вынесли из домика и сложили во дворе сломанную мебель. Кое-что еще можно было починить. Ткацкий станок, к счастью, не пострадал.