Книга Повелительница его сердца, страница 27 – Мэри Джо Патни

— Раздвинь шторы, чтобы я мог видеть молнию, — приказал дедушка.

Он всегда любовался грозой, как, впрочем, и сам Рамзи, когда находился в теплом сухом помещении. Раздвинув занавеси, он подбросил в огонь еще пару торфяных брикетов. Сладковатый запах дыма от горящего торфа был запахом его детства.

— Можешь вывести меня на улицу? — внезапно попросил лэрд.

Рамзи с удивлением уставился на него.

— Зачем? Там холодно, льет дождь и штормовой ветер.

— Я всегда боялся умереть в постели. Помоги мне встать, черт возьми! — заупрямился дед и свесил исхудавшие ноги с кровати.

Он покачивался от слабости, но не падал. Его просьба была безумной, но внук не мог ослушаться умирающего. Когда смерть неизбежна, следует ли думать о риске? Рамзи подошел к деду и усадил на край кровати. На старике ничего, кроме длинной ночной рубашки, не было, и он пошел в прихожую за дождевиком.

В доме было тихо. Прихожую освещала только тусклая лампа. Он открыл дверцу шкафа в углу и увидел на вешалках пальто, плащи, накидки, а также лежавшие на верхней полке шляпы и шарфы. Внизу стояли ботинки, сапоги и туфли, в углу притулилась пара хлипких зонтиков, которые не выдержали бы и легкого ветерка.

Рамзи надел плащ с капюшоном и решил, что деду будет удобнее в длинном дождевике. Прихватив пару сапог, которые вроде бы принадлежали лэрду, он вернулся в библиотеку и осторожно обул старика.

— Ты просто сумасшедший, — сказал он непринужденным тоном, укутав в дождевик высохшую костлявую фигурку старика и натянув на ноги сапоги.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил дед. — Захвати-ка виски.

«Почему бы и нет?» — пожав плечами, подумал Рамзи и, сунув бутылку в большой карман плаща, обнял деда за талию, с удивлением осознав, что стал выше него. Когда это произошло?

— Куда пойдем?

— Выйдем на улицу через боковую дверь, а затем свернем налево, к скамейке, — распорядился Дункан.

Крепко обхватив деда за талию, Рамзи молча направился к двери. Старик семенил, пытаясь двигаться самостоятельно, но внук почти нес его. Как только он приоткрыл дверь, порывом ветра ее ударило о стену, но звук удара был заглушен ревом ветра и волн. Скамейка стояла всего в нескольких футах от них, в защищенной от непогоды нише.

Рамзи захлопнул дверь, усадил деда на скамью и сел рядом, поддерживая старика правой рукой. Кот тут же следом запрыгнул на скамейку с другой стороны и прижался к бедру хозяина, оставаясь преданным ему даже в такую не любимую котами погоду.

Дункан подставил лицо ветру и вздохнул от удовольствия.

— Ничто так не разгоняет кровь, как хорошая гроза!

— В таком случае сейчас у тебя, должно быть, кровь просто бурлит, — заметил Рамзи, вынужденный признать, что ураганный ветер и штормовые волны великолепно бодрят, когда закончился долгий утомительный день.

— Дай мне виски, — потребовал Дункан.

Рамзи молча открыл бутылку и протянул деду. Лэрд сделал большой глоток и, удовлетворенно вздохнув, заговорил:

— Когда твоя мама привезла тебя к нам с Кейтлин в промокшей от дождя повозке, была ночь, очень похожая на эту. — Родители ездили в Эдинбург навестить ее семью и взяли тебя с собой, но там подхватили какую-то страшную заразную болезнь, которая проявилась лишь после того, как они вернулись на Торси. Аластер уже умер или был при смерти, когда Джинни повезла тебя к нам, несмотря на бурю. Как только передала тебя бабушке, она лишилась чувств и через несколько часов умерла.