Книга Идеальный развод, страница 31 – Марта Заозерная

Я не слушаю чужие слезливые истории о том, почему пришлось сделать аборт. Не люблю говорить о том, что мне больно. Вот и с Ильей я говорить не стала на эту тему. Он со мной тоже. Как только мы прилетели в Москву, он сразу улетел. Извинившись, конечно же. Но по нему было видно — еще в Мурманске хотел отчалить по делам.

С тех пор мы говорили всего раз по телефону. Была ночь. Я только со смены. Уставшая и разбитая. Иногда, мне кажется, что я помню всех, кого спасти не удалось, особенно детей и подростков. Одним словом — общение в тот раз у нас не сложилось.

— Жанна, — перебиваю звенящую колонку Екатерину. — Как долго у вас уже новый мэр?

Лицо коллеги вытягивается. Мыслительный процесс запускается. Вот так потом и оказывается, что ногу еще можно было спасти.

«Ну, ты и сука!».

— Улик, ну, месяц уже точно прошел. Затрахать он уже всех знатно успел.

Усмехаюсь.

«Как же. В этом деле он очень способный. Я даже не сомневаюсь».

Жанна прищуривается, пытаясь меня просканировать.

— У меня рыба жареная есть! Будете?..

Жанна договорить не успевает. Я на ноги вскакиваю и несусь в туалет.

Илья

Любая баба-любительница пострадать может позавидовать моей способности себе жизнь усложнять. Это же надо было так облажаться! С тех пор, как Макар женился и почти перестал в свет выходить, у меня появилось излишне много свободного времени. Сын вырос и перестал нуждаться во мне, как раньше. Бизнес налажен и работает относительно автономно, во всяком случае, не имея особого желания, я могу в офисе не появляться по несколько дней. Секрет прост — все сотрудники в курсе, что в плохом настроении я могу разорвать. Поэтому стараются меня не расстраивать.

Меня стараются не расстраивать все, кроме одной блондинистой горе-засранки!

Такаю змеюку еще поискать!

Возможно, это прозвучит слишком высокомерно, но после тех дней, что мы вместе провели на верхней точке планеты, я рассчитывал на другое ее отношение к себе. Нет, я не думал, что купил ее расположение, но уж точно не ожидал, что меня на хер пошлют через сорок восемь часов после возвращения. Ульяна даже в период своей «неприступности» не говорила мне: «Илья, тебе лучше мне не звонить. Не хочу тебя слышать».

Вот и поговорили славненько…

Все уже подумали, что я так быстро слился? «Фу-у-у, какой обидчивый» и все такое. Но нет, все было не так. Но женщинам свойственно ошибаться. Я всех прощаю.

Процесс восстановления контакта усложнялся двумя вещами.

Во-первых, пока я отдыхал, моего сына арестовали за совершение насильственных действий против одной очень ушлой особы. Во-вторых, я забыл о том, что вот-вот буду назначен мэром одного небольшого городка.

Такая тема печальная длится с самого детства, получая желаемое — азарт пропадает. На момент, когда это все затевалось, я не был знаком с Ульяной. Мне было скучно, и я решил, что строительство двух школ и трех детских садов — официальная часть дани — не такая уж большая плата за то, чтобы в мэрство поиграться.

Что из этого вышло? Месяц, как я уже мэр города N, но в Россию на постоянку вернулся только четыре дня назад. Тот раз, что я к Ульяне прилетал — не в счет.

Охуеть, как все вовремя.

— Может быть, Дания? — спрашивает мой детина-переросток, развалившись в кресле для посетителей. — Пап, тут же тухло, как в подземелье. Тебе денег не хватило город покрупнее купить?