Книга Неудачница по вызову, страница 20 – Виктория Цветаева

— Лена, послушай. Мы молоды еще. Мы можем всё вернуть! Тот огонь, который был. Просто нам нужно... немного свободы.

— Свободы.

— Да, свободы. Чтобы мы снова захотели друг друга…

*****

Полчаса разговора — это тридцать минут и тысяча восемьсот секунд лживых и безжалостных слов, с самоуверенной лёгкостью разбивших вдребезги их счастливый брак. Марк предложил игру в открытые отношения, не сомневаясь, что Лена согласится «быть базой», пока он развлекается. Она согласилась. Но кто выйдет победителем, а кто останется в пустой квартире с вопросом: «Я хотел свободы, но почему в клетке оказался я?»

Лера стояла, прижимая руки к груди, и пыталась унять дрожь. Адреналин схлынул, и теперь её трясло как в лихорадке. Глаза защипало, но она сдерживала слёзы из последних сил.

— Ты как? — тихо спросил Павел, поворачиваясь к ней.

— Нормально, — выдохнула она. — Переживу.

— Переживёшь, — согласился он. — Ты сильная. Я всегда это знал.

Лера подняла на него глаза:

— Откуда? Ты же меня только дразнил.

— Я же говорил — это был единственный способ обратить на себя внимание. А ещё я видел, как ты не сдавалась. Когда тебя обижали, ты уходила, но не ломалась. Уходила в себя, в свои рисунки, в книги, но не становилась злой. Это редкость.

Лера не знала, что ответить. Она смотрела на этого человека, своего школьного обидчика, а теперь... кого? Спасителя? Защитника? Просто мужчину, который смотрел на неё так, как Денис не смотрел никогда.

— Спасибо, — наконец выдавила она. — За то, что... ну, за всё. За костюм я всё равно заплачу, но спасибо, что не дал Денису меня добить.

— Не надо платить, — Павел покачал головой. — Я пошутил про костюм. У меня их десяток, этот уже старый был.

— Старый? — Лера округлила глаза. — За три тысячи евро это старый?

— Ну, может, не старый, но не самый любимый, — он усмехнулся. — А вот твоё появление здесь — это подарок судьбы. Честно.

— Подарок судьбы, который облил тебя коктейлем и закидал канапе твоих партнёров? — фыркнула Лера, пряча улыбку.

— Именно, — он шагнул ближе. — Знаешь, Лера, я за последние годы столько перевидал этих идеальных девушек, которые умеют себя вести, знают, что надеть, что сказать, как улыбнуться... Они все как под копирку. А ты… ты другая. Живая. Настоящая. И это стоит дороже любого костюма.

Лера смотрела в его глаза и чувствовала, как тает. Тает вся её обида, вся боль, все эти годы неудач и разочарований.

— Я, кажется, тебя начинаю прощать, — сказала она тихо.

— За что именно? — улыбнулся он.

— За жвачку на стуле. За портфель в мужском туалете. За «рыжую обезьяну».

— А за заколку?

— За заколку нет. Заколку ты мне должен.

— Верну, — пообещал он. — Обязательно верну. Вместе с процентами.

— Какие проценты могут быть у заколки?

— А вот это уже сюрприз.

Они стояли на балконе, и ночной ветер играл её волосами. Где-то внизу гремела музыка, светились огни, кипела жизнь. А здесь, наверху, было тихо и уютно, будто весь мир остался где-то там, а они вдвоём — здесь и сейчас.

— Лера, — вдруг сказал Павел. — Я понимаю, что это безумие. Мы не виделись сто лет, я в школе вёл себя как последний идиот, сегодня ты облила меня коктейлем, закидала едой гостей, выгнала бывшего... Но я не хочу, чтобы этот вечер заканчивался. Можно тебя... ну, не знаю... пригласить на свидание? Нормальное, человеческое, без коктейлей и канапе? Например, с пастой и вином?