Книга Френдзона, страница 51 – Анна Белинская

О, ну приехали!

Офигеть, мне ж не показалось – вот этот открытый рот и щенячий блаженный взгляд младшего брата?

У нас че, это семейное – облизываться на дочерей близких друзей наших предков?

Смотрю на Мишку, тот брезгливо морщится, поглядывая то на брата-близнеца, то на Оленьку.

Понятно. Теряем пока одного пацана.

Усмехнувшись, невзначай бросаю взгляд на Филатову и залипаю.

Улыбаясь, она смотрит на меня и неожиданно прилипает спиной к спинке стула, вертя головой то в сторону Павла, то следом в сторону Оли Юдиной, и заговорщически мне подмигивает.

Растягиваю губы в усмешке, прикрывая их кулаком.

Намек понят и принят.

Что, подруга, я не один заметил, как между мелкими искрит? Внимательная, да?

Я, хара, так же в свои шестнадцать кипятком ссался от твоего запаха и присутствия, так какого черта тогда не замечала?!

— Она пялится на тебя! – врезается в сознание голос Сары. – Я больше так не могу! Что между вами происходит? Я не дура! Я все вижу! Она специально поселилась рядом с нами, чтобы быть ближе к тебе! – рычит на иврите.

Она не гасит в себе эмоции, когда бросает нож в тарелку, привлекая внимание практически каждого за столом.

Ее взгляд меня полосует.

Мне никогда не было неудобно перед своей семьей, но сейчас я готов сквозь землю провалиться, чтобы не чувствовать на себе взгляды близких людей и их внимание, которое, зараза, этим вечером должно полностью принадлежать жениху и невесте, а не моей гребаной персоне!

1 – еврейская водка

2 – (иврит) – сын мой

3 – (иврит) – мой мальчик

4 – дочка Алисы и Андрея из романа «Фартлек»

— Короче, я пошел, – оповещаю, вталкивая кисти рук в передние карманы шорт, и отворачиваюсь от лобызающихся Софи и Богдана.

Меня не вставляет смотреть, как во рту у моей сестры орудует язык мужика, даже несмотря на то, что завтра этот мужик станет вроде как моим родственником.

Эти двое никак не могут распрощаться.

Они уже минут пятнадцать желают друг другу спокойной ночи и выглядят при этом несчастными. Им переспать порознь всего лишь ночь, но у них такие лица, будто расстаются навсегда. Черт его знает, но, может, именно так должны выглядеть настоящие отношения!

— Не истери! Ща пойдем! – ржет Богдан, отлепляясь от сестры. – Я люблю тебя, – слышу в спину.

Вряд ли это признание касается меня, поскольку слышу ответное Сонькино:

— Я тебя тоже.

— Я сильнее, – вторит завтрашний деверь.

— Нет, я!

— Я!

— Достали! – рявкаю я. – Вы омерзительны! – шутливо брюзжу.

— Завидуй молча, – бросает Соня. – И не забудь, после кого ты берешь свое братское слово! – кричит вдогонку сестра, на что я оборачиваюсь и подмигиваю ей.

Это исключено, при любом раскладе.

Их свадебный агент дерёт приличные бабки за то, чтобы мы все улыбались и дышали по команде.

Признаться, не совсем понимаю, нахрена это нужно, но, если сестра хочет, чтобы мероприятие шло точно по выверенному плану, не сходя с намеченного курса, возможно, это и неплохо.

Не знаю, как хотелось бы мне. Чтобы об этом думать, нужно хотя бы быть уверенным в себе и в своей избраннице, а я … в последнее время не уверен ни в чем, но обременять себя этим сейчас, когда завтра предполагается самый счастливый день у моей сестры, я не в ресурсе.

Мы репетировали семейное выступление. Твою мать, семейное выступление, где дед Мешу должен будет пустить умилительную старческую слезу по взмаху руки агента! Для меня это полная дикость.