Онлайн книга «Идеальные разведенные»
|
Женщине, которой сейчас я делаю свадебный макияж, глубоко за пятьдесят. И она — невеста. Сегодня у нее свадьба, она первый раз выходит замуж и светится так, что я ограничиваю себя в количестве нанесения хайлайтера на ее лицо, потому что оно и без того излучает свет и неподдельное сияние! — Как мило, — сипло гундошу, потому что нос заложило, а из глаз самовольно катятся слезы. Я не склонна к эмпатии, но этот милый и невероятный рассказ моей клиентки просто напрочь расшатал мою и так нестабильную душевную константу. И когда я успела стать такой ранимой и сентиментальной? Реву и реву… Навожу в студии порядок, складываю косметические принадлежности на обработку и планирую выложить фото сегодняшней невесты в профиль соцсетей, как дисплей моего телефона разряжает студийную тишину. Не скажу, что неожиданно, но из-за плохого самочувствия в последние дни мои мысли были посвящены совершенно другому. Я ожидала, что после произошедшего в ресторане Игнатов возникнет в поле действия моего радара уже на следующий день, но, как не странно, бывший муж, нагадив, ушел в подполье. Я запретила себе мысленно возвращаться в тот вечер и прокручивать в голове каждое леоновское слово. Потому что его гнусное поведение и нелицеприятные слова уж больно напоминают банальную ревность, и если я в это поверю, то определенно усложню себе существование, и без того неопределенное и зыбкое. Егор несколько раз присылал сообщения, интересовался моим самочувствием, но я подозреваю, что делал он это ради уважения, просто он так воспитан. Сейчас Егор в Лондоне, мне об этом сказала Яна. Жалею ли я? Больше да, чем нет… Жалею о наших увлекательных разговорах, скучаю по его рассказам и шуткам, грущу о потерянном друге. Сейчас я отчетливо понимаю, что больше, чем дружбу я бы не смогла ему предложить. Потому что не готова… Всё было хорошо, приятно, волнительно, трепетно, но сердце не отзывалось… Я переживу. И он переживет. Разглядываю экран и не тороплюсь брать трубку. Не хочу. Голос его слышать не хочу… потому что… обиделась… Телефон надрывно орет, сбрасываю вызов и ставлю режим «без звука». Кладу в сторону, но так, чтобы видеть. Леон еще пару раз пытается вызвонить меня, а потом на экране подсвечивается входящее сообщение. От него. С любопытством хватаю телефон и читаю: Игнатов: Сашка рожает Ох… Я даже не успеваю прочувствовать эти два слова, как пулей вылетаю из студии, на ходу набирая Игнатова. — Неужели!? — саркастично отвечает Леон, — а я думаю, что должно случиться, чтобы ты взяла трубку. Не собираюсь вести с ним этот бесполезный диалог, когда моя лучшая подруга рожает! — Выезжаю, — коротко констатирую я. — Я уже здесь. Сдерживаю Макса, — хохотнув, произносит Игнатов, — он уже успел послать врача и переругаться с половиной персонала. Закатываю глаза. Вот совсем не удивлена! Бедная Сашка, как она справляется с его неуемным пылом?! Сбрасываю вызов, прыгаю в машину и несусь в Областной перинатальный центр. Дорога мне до боли известна, потому что девять лет назад подруга рожала здесь Никитку, а потом я долгое время была частым гостем этого центра, только не родового отделения, а планирования семьи. Чувствую, в глазах снова становится мокро, щиплет нос и в горле образуется вязкий ком. |