Книга Попаданка. Одержимость Короля, страница 43 – София Руд

Встречей, которую я, действительно ждал.

Все было доступно, все было предсказуемо, кроме этих самых встреч, когда я ловил каждый взгляд и ждал каждого слова, способного меня удивлять. Она мыслила не так, как все. Она говорила не так, как все. Даже ее взгляд был особенным.

И эта жалкая копия обладает не только ее внешностью, но даже некоторыми манерами. Как они могут быть настолько похожи?

Разве сирота-рабыня не должна ходить сгорбившись, как крестьяне после тяжелой работы в полях? Ее спина всегда прямая, будто она с малых лет обучалась держать осанку если не в благородной семье, то хотя бы в ближайшем ее услужении.

Это Дарвелл так ее вытренировал? Всего лишь за полтора года, что она служит ему?

А что делать с тем, как порой она понимает подбородок, чтобы посмотреть мне в глаза. Даже смелее, чем это делала Мия. Но при этом, сохраняя шарм и женственность.

Боги, и это я о ней сейчас говорю? Более того, я о ней думаю, как заведенный, что уже нив какие ворота не лезет.

Все верно. Нужно скорее закончить наши встречи, убрать ее из дворца и стереть из памяти. Я сделал правильный выбор. Одна ночь с ней, и жизнь без нее.

Но где же это предвкушение свободы и радости? Почему во рту вкус горечи?

Не приходи….

Пришла. Стоит на пороге.

Дрожит….

Издевается.

Точно издевается. Думает, что своими тревогами и страхом сможет остановить обряд, от которого зависит будущее королевства? Знает же, что нет. Но все равно делает все, чтобы я ненавидел себя за то, что могу причинить ей боль….

Я буду нежен.

Она как цветок, который жаждешь скорее сорвать, но с трудом сдерживаешься чтобы не смять его от жадности. Чтобы не навредить больше, чем должен. Цветок, запах которого дурманит разум так и разжигает кровь так, что она сродни лаве, текущей по жилам.

Я горю и хочу, чтобы она горела вместе со мной. Чтобы пылала в моих руках.

И она начинает пылать, тихо, робко, постепенно, что лишь сильнее разжигает страсть. Ночь для обряда станет совершенно другой ночью….

Но гребаный крик разрушает все.

Пожар? В эту самую ночь?! Какое удивительное совпадение! Убью!

Убью того, кто все это подстроил! Министр? Его людишки? С чего вдруг сейчас? Он ведь не мог узнать о моих планах. Не знал почти никто….

И планы мои не сорвет никто.

Так я думал.

Пламя погасло, а вернувшись в покои, я уже не увидел ее….

— Ваше Величество! — лилит Дарвелл и падает на колени у порога. — Я совершил страшную ошибку! Анна в беде!

— Разве? А мне что-то подсказывает, что она как раз таки в безопасности от меня. Ведь это твой ученик или правильнее сказать названый сын был замечен у библиотеки перед пожаром.

— Потому и говорю вам, Анна в беде! — выдает он с неподдельным испугом и только сейчас я замечаю в дверях еще одного подопечного Дарвелла, который дрожит как осиновый лист, пряча внушительный синяк под глазом и изрезанные пальцы рук.

Анна:

Мне до сих пор не верится, что мы оторвались. От напряжения “гудят” пальцы, я постоянно оглядываюсь, опасаясь, что за нами идут. Но нет. Позади никого.

Однако неровен час, когда мою пропажу заметят, и тогда они поймут, что Дарвелл, обличие которого я принята, не покидал дворец.

Я не хотела уходить под личиной “отца”, но таблички со срочными поручениями, которые подделал Лайнел, были лишь на его с лекарем имена. Выбирать не пришлось.