Книга Проклятие египетского жреца, страница 2 – Рацлава Зарецкая

Прошло еще немного времени, и я в ужасе поняла, что ко мне приближаются вовсе не торговцы, а самые настоящие разбойники. Рецидивистские рожи с перекошенными ртами, длинные черные бороды и сабли на поясах, — все было при них.

Бежать уже не то, что поздно, просто на просто некуда! Впереди — разбойники, сзади — пустыня.

Ну и что мне теперь делать?!

Если вы думаете, что сейчас последует рассказ о том, как я оказалась в пустыне, то вы ошибаетесь. Никаких «за несколько часов до» или «несколькими днями ранее» не будет. Потому что я вообще не помню, как тут оказалась. Раньше никогда не страдала потерей памяти — даже напиваясь, всегда сохраняла трезвый рассудок. Однако в этот раз что-то пошло не так...

Помню, как засиделась допоздна в музее и уснула, пуская слюни на распечатки с фотками скрижали из египетского храма, которую расшифровывала. А потом вдруг раз! — и уже здесь, в этой чёртовой пустыне.

Ну вот, собственно, и все. А дальше вы сами знаете: возведение вручную песчаной пирамиды, угроза загара как у негра из племени «Мумбо-Юмбо» и разбойники. Мда уж, такая себе судьба-судьбинушка.

Кстати о разбойниках…

Всего их было тринадцать — такое себе число, особенно если учесть, что все разбойники были похожи на чертей. В общем, настоящая чертова дюжина.

В момент, когда мне уже захотелось нырнуть в песок как это делали гигантские черви из «Дюны», один из чертей, в смысле разбойников, спешился и с улыбкой подошел ко мне.

— Здравствуй, избранная госпожа! Меня зовут Фарид. Я и мои люди не причиним тебе вреда. Лишь сопроводим до нужного места.

Говорил разбойник на коптском языке, который еще в семнадцатом веке был вытеснен арабским. Этот язык, как и многие другие языки Египта, я выучила еще в университете, поэтому вполне понимала разбойника и могла с ним объясняться.

— Что за нужное место? — поинтересовалась я, вытерев ладонью стекающий по лбу пот. Кому оно вообще нужно? Мне или вот им?

— Оазис, моя госпожа. Мы отвезем тебя туда.

Слова разбойника меня порадовали. Место, действительное, нужное, согласна.

— Великолепно! — Я показала Фариду поднятый вверх большой палец. Разбойник посмотрел на него скептически. — Куда мне садиться?

Оно, конечно, не столь правильно — доверять свою жизнь тринадцати странным личностям с бородами и саблями, но выбора у меня не было.

Фарид указал на своего верблюда. Даже галантно помог взобраться на эту пугающую на вид животинку, при этом ни слова не сказав, когда я нечаянно зарядила ему ногой по уху.

— Сорянушки, — произнесла я, усевшись на верблюда.

Потирая ушибленное ухо, Фарид ловко запрыгнул на свой транспорт. Крикнув что-то на непонятном языке, разбойник развернул свой транспорт. Остальные последовали за нами.

— А как зовут верблюда? — полюбопытствовала я. — Вася?

— Ахмет, — ответил Фарид уже без той радушной улыбки, которая сияла на его лице во время нашего знакомства. — Так звали человека, который увел мою женщину. Я убил его и отнял у него верблюда, которого назвал его именем.

— Больше вопросов не имею, — прокомментировала я, боясь даже спрашивать, что стало с женщиной. Надеюсь, он не скормил ее этому верблюду…

Некоторое время мы ехали молча. Спрятавшись от солнца за мощной спиной Фарида, я покачивалась на верблюде Ахмете и ждала появления оазиса.