Книга В годовщину развода. (не)бывшие, страница 13 – Слава Зорина

— Солнышко, послушай меня внимательно. Даши здесь нет. Она не приходит к нам. Если ты что-то придумываешь, это нормально, все дети фантазируют. Но ты не должна брать лекарства, это опасно. Понимаешь?

Соня кивнула, уткнулась мне в плечо.

— Понимаю, мам. Прости.

Я погладила ее по голове, поцеловала в макушку. Внутри все сжималось от тревоги, но я старалась не показывать этого. Детская фантазия. Пусть это будет просто детская фантазия, вызванная стрессом и разводом. Ничего больше.

Четверг как будто начался спокойно. Я отвела Соню в садик, поехала в студию, встретилась с клиенткой, которая заказывала букет на юбилей свадьбы. Марина разбирала очередную партию роз, напевая что-то себе под нос.

— Как дела дома? — спросила она, когда я вернулась после встречи.

— Нормально. Почему спрашиваешь?

— Ты какая-то напряженная последние дни. Больше обычного.

Я хотела отмахнуться, но слова застряли в горле. Может, и правда стоит рассказать? Марина всегда умела посмотреть на ситуацию со стороны.

— Соня ведет себя странно, — призналась я, садясь на стул у рабочего стола. — Говорит, что видит Дашу. Дважды уже чуть не попала в беду — на окно залезла, таблетки из аптечки взяла.

Марина нахмурилась, отложила секатор.

— Видит Дашу? В каком смысле?

— Утверждает, что она приходит и говорит ей что-то делать. Опасные вещи.

— Яська, это же бред. Как эта потаскуха может приходить? Ты же ее уволила, она даже адреса новой квартиры не знает.

— Знаю. Я думаю, это психологическое. Развод, переезд, новая няня — много стресса для ребенка. Может, она так переживает?

Марина подошла, присела рядом.

— Ты водила ее к психологу?

— Нет еще. Но, наверное, надо.

— Обязательно своди. Лучше перестраховаться.

Я кивнула, достала телефон, у меня был в контактах хороший специалист, думала не понадобится. Записалась на ближайший прием — на следующий вторник.

Вечером я забрала Соню из садика, мы зашли в магазин за продуктами. Дочка помогала складывать покупки в корзину, болтала о том, как они сегодня лепили из пластилина зверюшек. Все было хорошо, спокойно, обыденно.

Людмила Сергеевна встретила нас дома, как всегда приветливая и заботливая. Я оставила Соню с ней, пошла переодеваться. Минут через десять из кухни донесся крик.

Я выбежала, и то, что увидела, заморозило кровь в жилах.

Соня стояла у газовой плиты. Конфорка была включена, синее пламя лизало дно пустой кастрюли. Людмила Сергеевна хватала дочку за руку, оттаскивала от огня.

— Что происходит⁈

— Она включила газ! — няня была бледна, руки дрожали. — Я на секунду вышла в туалет, вернулась — а она тут с конфоркой балуется!

Я выключила плиту, развернула Соню к себе. Лицо дочки было спокойным, даже удивленным.

— Я просто хотела молочко согреть, — сказала она. — Даша разрешила.

— Даша, — повторила я тихо, и в голосе прозвучала такая обреченность, что Людмила Сергеевна посмотрела на меня с беспокойством. — Опять Даша.

— Ну да. Она сказала, что я уже большая и могу сама, а маме нужно помогать.

Я присела перед ней, взяла за плечи.

— Соня, милая. Даши здесь нет. Ты меня слышишь? Ее нет. И включать плиту тебе нельзя, это очень опасно. Может быть пожар, можно обжечься. Ты понимаешь?

Дочка кивнула, но в ее глазах читалось непонимание. Она правда верила в то, что говорила. Это не было злым умыслом или желанием навредить. Она просто слушалась… кого? Выдуманной Даши? Голоса в своей голове?