Книга Пятый телохранитель. Часть 1, страница 35 – Анна Вэйли

Но опасность притягивала, а не отталкивала.

Я всю жизнь была в безопасности за заборами, за охранниками, за папиными деньгами. Всю жизнь меня оберегали от всего на свете: от боли, от риска, от настоящей жизни.

Надоело.

Даниил наклонился ко мне, ближе, еще ближе. Его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от моего, и я уловила запах его одеколона, что-то пряное и терпкое, уловила тепло его дыхания на своей коже.

Его губы почти касались моего уха, а голос стал еще ниже и бархатнее.

— Тут шумно. Хочу показать тебе кое-что. Пойдем?

Я встала с дивана, и голова закружилась. Долгий день, адреналин, усталость, шампанское на пустой желудок — все вместе навалилось разом, и пол покачивался под ногами. Или это музыка так вибрировала, пробираясь сквозь толстые стены?

Даниил встал вместе со мной и взял меня за руку, как будто это само собой разумелось. Пальцы теплые, сухие, хватка уверенная, не грубая, но крепкая; хватка человека, который привык вести, а не следовать.

Он повел меня куда-то вглубь VIP-зоны, мимо других диванов, где сидели такие же компании, мимо столиков с кальянами и бутылками, мимо тяжелых бархатных штор, за которыми угадывались силуэты людей. Кто-то смеялся, кто-то шептался, кто-то целовался в полумраке. Обычный вечер в дорогом клубе, ничего необычного.

Я оглянулась через плечо.

Катька осталась на диване и сидела, сгорбившись, уставившись куда-то в пол. Бокал шампанского застыл в ее руке, она даже не пила, не смотрела мне вслед, не махала рукой, не улыбалась.

Что-то холодное шевельнулось в животе.

— Кать? Ты идешь?

Она подняла глаза, и в них было что-то такое, от чего у меня похолодело внутри. Страх? Вина? Что-то среднее, чему я не могла подобрать название. Ее губы дрогнули, как будто она хотела что-то сказать, но не могла.

— Я... догоню. Мне позвонить надо.

Голос тусклый и неживой, не Катькин голос. Катька всегда говорила громко, уверенно, с придыханием и будто слышимыми восклицательными знаками, а это была какая-то бледная копия, запись на плохом диктофоне.

Я хотела остановиться, хотела вернуться, сесть рядом, спросить, что происходит. Но Даниил потянул меня дальше, не давая задержаться. Его рука на моей была настойчивой, направляющей, не грубой, нет, просто неумолимой.

— Подожди, я хочу...

— Пойдем. Тут рядом.

Он уже вел меня вниз по лестнице, потом по узкому коридору с низким потолком и тусклыми лампами в латунных плафонах на стенах. Двери по обеим сторонам, темное дерево и номера, как в отеле, как в каком-то странном лабиринте.

Музыка осталась позади, здесь было тише, глуше, только приглушенный гул баса где-то вдалеке. Темно-бордовый ковер с золотым узором глушил шаги.

Коридор казался бесконечным: двери, двери, двери, все одинаковые, все закрытые.

— Куда мы идем? — Мой голос прозвучал слишком громко в этой тишине.

— Увидишь.

Он не обернулся и не замедлил шаг, просто шел вперед, и я шла за ним, потому что его рука держала мою, потому что отступать было некуда.

Он остановился у одной из дверей, такой же, как остальные: темное дерево, латунная ручка, номер «7» на табличке, ничего особенного.

Открыл дверь и пропустил меня вперед, как джентльмен, как воспитанный мужчина, как человек, который знает правила этикета.

Я шагнула внутрь.