Книга Золотая вечность, страница 2 – Таша Робин

— С каких это пор, женщина потеряет популярность в том, что она делает лучше всего? – Я не понял, о чём говорит данная мадам, но оружие в её руках меня заинтриговало. Я хотел заснять этот момент, для своей коллекции. Фотоаппарата в руках не оказалось, а вот взгляд коснулся таких вещей, как линза, пластиковая карта и к моему удивлению, патефон. Вещи были старинными, и на вид, очень дорогими. Так и оказалось, магазин бы точно, рано или поздно, интерес к себе потерял. Наш городок, популярностью у туристов не пользовался. Елена позиции не сдавала, так и прошёл год. Я похорошел, но мой характер и правда оставлял желать лучшего, и спрятав скверные слова за привычной мне гримасой работы, я стал просто наблюдать за теми, или иными лицами. Череда дней позолотила мне ручку, и сдавшись на милость градоправителя, в городе освободилось пара тройка мест, и к моему удивлению, и толике разочарованию, одним из этих мест, было место напротив магазины Елены. Ни на грамм не потеряв популярность, женщина то повышала цены, то наоборот понижала. Моя мать, была в восторге от этой леди, и один раз услышав от неё, что она не прочь увидеть её в роли моей жены, я очень обиделся на мать. Злость на Елену прошла быстро, а вот интерес к стеку в её руках, у меня так и не прошёл. Длинные блондинистые волосы, зелёные глаза и аккуратная шляпка, так шли даме, что я был готов её тут же посадить на лошадь, и опять сфотографировать. Долга мания менять партнёрш, у меня давно прошла, а вот любовь оставлять фото на память, у меня ещё была. Елена не была моей женщиной, но ловя её фигуру, то тут, то там, я понимал, что мадам начинает меня интересовать, так мне и захотелось зажать её в каком-нибудь углу, чтобы поинтересоваться, не хочет ли она всё же, продать мне магазин. Белая рубашка мне шла, белый галстук, чуть спущенный вниз открывал вид, на оголённые участки груди, а ключицы, вырисовывавшиеся на фоне ткани, так и притягивали ко мне, не только чужой взгляд, но и мой. Я был денди, и я бы не соврал, если бы сказал, что я был местным денди. Манжеты на руках, были чуть спущены, что придавало мне больше вид ловеласа, чем нравилось самому, но вот дамам нравилось, и я старался этим пользоваться. Широкий подол длинного платья привлёк меня, и присмотревшись к спине дамы, я понял, что данный экземпляр меня не интересует. Статная фигура принадлежала Елене, и я всеми силами силился отвести от неё взгляд, если бы её бёдра, не вырезали в воздухе, такие круги, которые буквально заставляли меня идти следом. Злость на то, что материал платья мадам, был выполнен из точно такой же ткани, как у меня рубашка, не хотела меня отпускать.

— Елена, вы у меня трость забыли, - Я зажмурился. Эта дама носила такие вещи, которые заставляли моё эстетическое удовольствие, хотеть её всё больше и больше. Я был интеллигентным мужчиной, я не готов был связывать жизнь с женщиной, только из-за пары ночей, а Елена была именно такой. Альберто, который шёл следом за Еленой, меня очень поразил. Чуть распущенная к низу рубашка, была небрежно застёгнута и выпущена из штанов. Крой мне нравился до сих пор, и я бы сшил себе точно такую же, но я любил индивидуальность, а так как, мужчина одевался только у меня, то я, предпочитал эксклюзив, как для себя, так и для клиентов. Вырез развернувшейся ко мне лицом, Елены, меня поразил. Вышивка на её груди была до безобразия прекрасна, и даже при всём своём хорошем и отменном зрение, я не смог разглядеть ни бисеринки. Что это за рисунок, кто делал и как ему, удалось поразить меня. Все эти вопросы крутились в моей голове, пока Елена, буквально бежала к Бенджамену. Юбка платья болталась, но не абы как, а как будто, так и надо, как будто небрежно, именно так, как я любил. Я бы отвернулся, но Елена так летела, так летела, что желание ей сказать – Эй, я здесь, у меня ни на йоту, не потерялось. Женщина меня и видеть не хотела. Что произошло в этом мире, я не понимал. Наверное, я влюбился, но признавать, я этого, не хотел. Так полетели дни. Я узнал, что автором той вышивки была Елена, и признаться честно, мне захотелось попросить её, вышить для меня, что-нибудь.