Книга Тихоня для босса. (не) фиктивная беременность, страница 78 – Ксения Маршал

Лежу, тупо пялясь в потолок, пока решимость действовать не заставляет взять в руки телефон и наконец включить его. Хватит, набегалась. Я хочу вызвать такси, чтобы наконец убраться из ужасного дома, но резкая и острая, как сотня хирургических скальпелей, боль в животе заставляет набрать скорую.

Оставлять Дашку жутко не хочется. Такая она уютная после нашей жаркой ночи, сияющая и окончательно залюбленная. Глазища сияют, молочные щечки покрыты румянцем, губки припухли. Забрать бы ее отсюда, забить на дела и запереться только вдвоем в квартире. Можно и куда-нибудь загород рвануть, на природу. Да хоть на Маврикий, лишь бы наедине! Потому что одной ночи с моей Тихоней мне мало, катастрофически.

Слишком чувственная мне девочка досталась, слишком сладкая, отзывчивая и крышесносная, чтобы так быстро насытиться. Да ее вообще из рук выпускать не хочется! Хочется смешить, удивлять, трогать, вытирать кристально-прозрачные слезки, которые она так мило генерирует в промышленных количествах в независимости от повода. Хочется обладать Дашкой всеми доступными способами и не делиться ей ни с кем. Слишком жадный я мужик, оказывается. Стоило только влюбиться и столько открытий… Все утро любуюсь своей девочкой, купаюсь в том особенном свете, что исходит от нее одной.

На все дела, которые можно, кладу огромный болт и всю первую половину рабочего дня пялюсь на свою качественно отлюбленную девочку. Втихаря строю планы, что и как буду делать с ней сегодня вечером. Дожить бы! А нихера это не просто, когда в другом конце кабинета стоит ее стол. И она вся такая воздушная и мечтательная.

Всю идиллическую картину портит встреча в обед. И не отменить ведь — партнеры из поднебесной, мать их. Там все должно быть по протоколу и выверено до самых мельчайших деталей, вплоть до рисунка на гребаных чашечках для чая и цветов, украшающих столы! Обещаю себе свалить оттуда при первой же возможности, а у самого от вынужденной разлуки с Дашкой душа не на месте. Не помогает и ее нарочито бодрая улыбка — по глазищам ведь вижу, что и ей расставаться не хочется. Только не сейчас, когда у нас едва все наладилось…

Всю встречу провожу как на иголках. Лыблюсь китайцам словно тот самый болванчик, а рука так и тянется к телефону. Как там Котова? Разум заверяет, что в полном порядке, занимается своей учебой, а встроенная чуйка вопит об опасности. Еле дожидаюсь окончания официальной части, торгую рожей на неформальной и через пятнадцать минут сваливаю к херам. Как магнитом тянет в рабочий кабинет, а на краю сознания назойливо звенит сигнализацией тревога.

В здание офиса врываюсь так стремительно, будто за мной стая бешеных псов гонится. Народ убирается с дороги, едва завидев. В огромном лифте еду один. И не удивляюсь этому факту, как только бросаю взгляд в зеркало. Ну и рожа! Не хватало еще только Дашку перепугать. А ей нервничать вообще-то нельзя.

Жеки на месте нет. И одно это уже видится недобрым знаком. Хотя помощнику и не положено штаны задницей протирать, пускай бегает, работает. А вот от вида собственного пустого кабинета сердце пропускает удар. Даже не знал до этого момента, что мой мотор может барахлить. Долблю себя кулаком в грудь, как заправский туберкулезник, но легче не становится.