Книга Фредерика, страница 29 – Джорджетт Хейер

Она с сомнением смотрела на него.

— Ну? – осведомился Элверстоук, приподняв брови.

— Мне бы следовало быть вдовой! – с досадой воскликнула Фредерика. – Будь у меня хоть капля здравого смысла, я бы уже ею была!

Холодок в глазах маркиза вновь сменился юмором.

— Вы ею будете! – заверил он ее.

— Только пользы от этого никакой! – сердито отозвалась она. – Вот если бы я сейчас была вдовой… – Девушка оборвала фразу. – Я говорю ужасные вещи, но у меня на попечении семья, потому что я старшая, хотя вовсе не деспотичная и не сварливая – по крайней мере, мне так кажется.

— Ну, разумеется! – успокоил ее Элверстоук. – Уверен, что вы превосходно держите бразды правления. Но объясните, каким образом вы могли бы стать вдовой, имея каплю здравого смысла, и почему вы этого хотите? Вы прячете где-то вашего мужа?

— Конечно нет! Просто я имела в виду, что мне бы следовало притвориться вдовой. Тогда я могла бы сама опекать Кэрис, а вам было бы незачем втягивать в это вашу сестру.

— О, у меня против этого нет никаких возражений! – запротестовал маркиз.

— Зато у нее они могут оказаться, и в большом количестве! В конце концов, она даже не знакома с нами!

— Это легко исправить. – Он протянул руку. – Сейчас я должен идти, но вы получите от меня известия через день или два. Нет-нет, пожалуйста, не звоните! Помните, что я стал членом семьи и, следовательно, не нуждаюсь в церемониях. Я сам смогу выйти.

Однако ему не пришлось этого делать, так как Феликс подкараулил его в холле и проводил к карете с вежливостью, обязанной решимостью вырвать у маркиза обещание посетить вместе с ним литейный цех в Сохо.

— Не волнуйся! – заверил его Элверстоук. – Я об этом не забуду.

— Благодарю вас, сэр! Но со мной пойдете вы сами, а не ваш секретарь?

— Почему, мальчик мой? Мистер Тревор куда лучше разбирается в тайнах машин, чем я.

— Да, но все равно лучше бы пошли вы, сэр! Тогда все было бы по первому классу!

Маркиз считал себя устойчивым ко всем видам лести, однако понял, что ошибался: неприкрытое обожание в глазах двенадцатилетнего мальчика, с беспокойством устремленных на него, сокрушило его оборону. Элверстоук мог хладнокровно дать отпор назойливой женщине и резко осадить надоедливого подхалима, но, даже понимая, как нестерпимо скучно ему будет в Сохо, он чувствовал себя не в состоянии отвергнуть самого юного поклонника. Это было бы все равно что пнуть ногой доверчивого щенка.

Таким образом, мастер Феликс Мерривилл, снова поднявшись в гостиную, смог с торжеством сообщить Фредерике, что «кузен Элверстоук» сам поведет его смотреть пневматический лифт и что он вообще «славный малый».

На следующий день мистер Чарлз Тревор испытал шок. Не прошло и двадцати минут с тех пор, как управляющий маркиза положил кипу докладов и счетов на стол секретаря, чьей незавидной обязанностью было уменьшать их количество до такой степени, которую мог бы вынести их достойный хозяин, как Элверстоук вошел в его кабинет со словами:

— Доброе утро, Чарлз. Вы знаете какие-нибудь литейные цеха в Сохо?

— Литейные цеха, сэр? – переспросил мистер Тревор, озадаченный беспрецедентным вопросом.

— Ну, очевидно имеющие отношение к отливке металла, – объяснил маркиз, направляя монокль на захламленный бумагами стол. – Господи, Чарлз, почему вы никогда не говорили мне, как много вам приходится работать? Что означает этот кошмар?