Книга Тени прошлого, страница 99 – Джорджетт Хейер

— Он дурак, монсеньор. Он даже не догадался, что я не сплю, а только притворяюсь.

— Послушать тебя, ребенок, мир полон дураков. Нельзя сказать, что у тебя нет оснований так говорить. Так, вернемся к нашему повествованию. Я подумал, что Леони, возможно, сбежала и направилась обратно в Гавр. Но поскольку вас обоих в Гавре не было, я решил, что вы прячетесь где-нибудь на полпути. И поехал обратно. Пока не увидел отходящий от дороги проселок. Туда я и свернул.

— Но мы сюда попали через поля.

— Так, несомненно, короче, но в карете по полям не проедешь. В деревушке, куда я приехал, о вас ничего не знали. Я поехал дальше и, в конце концов, добрался по проселку сюда. Как видите, мне повезло. Будем надеяться, что моему любезному другу тоже повезет. Пойди переоденься, малыш.

— Хорошо, монсеньор. А что мы будем делать дальше?

— Поглядим. Иди-иди!

Леони ушла. Герцог посмотрел на Руперта.

— Ну, мой юный безумец, врач посмотрел твою рану?

— Да, он приезжал ночью, черт бы его побрал!

— И что он сказал?

— Да ничего особенного. Он сегодня опять приедет.

— Судя по твоему выражению лица, он, видимо, предсказал, что тебе придется провести несколько дней в постели.

— Десять, чтоб он провалился! Но я буду здоров завтра.

— Однако ты останешься здесь, пока достойный доктор не разрешит тебе подняться. Надо послать за Гарриет.

— Это еще зачем?

— Чтобы она играла роль дуэньи при моей воспитаннице, – спокойно сказал герцог. – Надеюсь, мое письмо не вызовет новых обмороков. Надо сейчас же отправить Гастона в Гавр. – Он встал. – Мне нужно перо, чернила и бумага.

Надеюсь, что внизу они найдутся. А ты поспи часок, мой мальчик.

— А как же Сен-Вир?

— Любезный граф, наверно, прочесывает окрестности. Я надеюсь его скоро увидеть.

— И что ты с ним сделаешь?

— Я? Ничего.

— Я бы отдал добрую лошадку за то, чтобы увидеть его лицо, когда он обнаружит тебя здесь.

— Да, полагаю, он будет не очень доволен, – сказал герцог и ушел.

Хозяин и хозяйка гостиницы «Черный бык» никогда не видели в своих скромных стенах столь знатной особы. Мадам Турнуаз послала служанку к своей соседке, и та вскоре прибежала с дочерью помогать хозяйке. Узнав, что в гостиницу прибыл ни мало ни много английский герцог со свитой, она была поражена. Когда же Эвон сошел вниз по лестнице в камзоле сиреневого цвета с серебряной отделкой, серебристом жилете, с аметистами на кружевном воротнике и манжетах и с перстнями на руках, она остолбенела.

Герцог прошел в маленькую гостиную и приказал подать перо и бумагу. Хозяин прибежал с письменными принадлежностями и спросил, не желает ли его светлость чего-нибудь закусить. Его светлость попросил принести бутылку мадеры и три бокала и сел писать письмо своей кузине. На лице его бродила легкая улыбка.

«Дорогая кузина!

Я надеюсь, что к тому времени, когда вы получите это послание, вы уже оправитесь от недомогания, которое поразило вас во время моего последнего приезда три дня тому назад. Я страшно огорчен, что должен причинить вам добавочное неудобство, но вынужден просить вас приехать ко мне в Гавр. Гастон, который привез это письмо, проводит вас сюда. Возьмите с собой, пожалуйста, побольше вещей – чтобы хватило на долгое время. Потому что я подумываю о том, чтобы направиться в Париж. Вы, несомненно, почувствуете облегчение, узнав, что моя воспитанница со мной в этой очаровательной деревне, и лорд Руперт тоже.

Остаюсь вашим покорным слугой, дорогая кузина,

Эвон».