Книга Все, что мы не завершили, страница 89 – Ребекка Яррос

— Я уже начинаю жалеть, что впустила тебя в дом.

Мой телефон зажужжал, и я схватила его со стола, прежде чем Хейзел успела увидеть экран. Пришло сообщение от Ноя.

Ной

Иду к тебе. Что-нибудь нужно?

Очень хотелось ответить, что мне нужно только одно: чтобы он оттащил свою сексуальную настырную задницу обратно в Нью-Йорк. Такой ответ был бы ребячеством, но я все равно об этом подумала.

— Он мне не нравится, — сказала я Хейзел и набрала сообщение.

Джорджия

Заходи без стука. Дверь не заперта.

— И он уже идет сюда, — добавила я, опираясь бедром о кухонную стойку.

Если я проснулась, почувствовала себя… человеком и нормально оделась, это еще не значит, что он мне нравится. Это значит, что я подготовилась к деловой встрече. Мой телефон опять зажужжал.

Ной

Нельзя оставлять дверь незапертой. Это небезопасно.

Я насмешливо хмыкнула. «Небезопасно» — с ума сойти.

Джорджия

Говорит человек, который занимается скалолазанием.

Я положила телефон на стол, посмотрела на свою лучшую подругу и повторила со вздохом:

— Он мне не нравится.

— Ладно, как скажешь. — Она допила кофе и отнесла чашку в раковину. — Но если он тебе и нравится, это нормально.

Я поморщилась. Нет, совсем не нормально.

— Отдай! — взвыл Оливер.

— Он мой! — крикнула Даниэлла.

Мы с Хейзел повернулись к детям, но Даниэлла уже промчалась мимо нас, убегая от брата, который гнался за ней по пятам.

— Твою мать, — пробормотала Хейзел, обращаясь к небесам, и бросилась следом за малышами.

— Нельзя оставлять дверь неза… ой! — донесся из прихожей голос Ноя.

Не успели мы выйти из кухни, как Ной уже завернул в коридор, держа под мышками по хихикающему ребенку. Раньше я не обращала внимания на его мощные бицепсы. Нет. Не обращала. Как и на притягательный изгиб губ и улыбку, исполненную откровенного соблазна. Это вообще запредельно и, наверное, незаконно: так потрясающе выглядеть в такую рань.

— Видите, что бывает, если не запирать дверь? — спросил он, слегка потряхивая детишек, зажатых у него под мышками. — В дом проникают дикие звери из леса.

Дани грозно зарычала, а Ной улыбнулся еще шире.

Нет. Нет. Нет. Я не растаю от умиления. Никогда в жизни.

— Нельзя играть с незнакомцами, — простонала я.

— Разве он не твой друг, тетя Джорджия? — возразил Оливер.

Храни нас, Боже, от маленьких городков. Здешние дети в глаза не видели незнакомцев.

— Да, тетя Джорджия, неужели ты хочешь сказать, что мы не друзья? — спросил Ной и насмешливо вытаращился на меня.

Я закатила глаза. Он аккуратно поставил детей на ноги и протянул руку Хейзел.

— Доброе утро. Я Ной Морелли. Полагаю, эти милые малыши ваши. — Он включил свое обаяние на полную мощность, и это сработало, судя по лучезарной улыбке Хейзел.

Он назвал ей свое настоящее имя.

— Доброе утро, Ной. Я Хейзел, лучшая подруга Джорджии. — Подруга пожала ему руку и приподняла брови. — Вы прекрасно ладите с детьми.

— Только благодаря сестре. Натренировался на племянниках и племянницах. Значит, лучшая подруга? — Он хитро мне улыбнулся. — Та, которая шлет статьи?

Убейте меня прямо сейчас.

— Признаю свою вину. — Улыбка Хейзел стала шире.

— Может быть, дадите ценный совет, как ввернуть хоть словечко в разговоре с ней? — Ной указал на меня.

— Да, конечно! Просто надо позволить ей… — Она поймала мой сердитый взгляд и расправила плечи. — Прошу прощения, Ной, но я на стороне Джорджии. Дети, нам пора уходить.