Книга Все, что мы не завершили, страница 82 – Ребекка Яррос

Им троим посчастливилось занять нормальные кресла, а всем остальным, кто пришел позже, пришлось удовольствоваться плетеными. Но Энди, Говард и Джеймсон выделялись среди сослуживцев не только умением занять лучшие места в комнате отдыха.

— Не совсем, — сказал Джеймсон. — Не в том смысле, который имеет значение.

Все трое бывали в бою. Для них война потеряла свой романтический флер и превратилась в страшную ежедневную рутину. Новобранцы, прибывшие в часть, были просто детьми. Их доставили через Канаду — рвущихся в бой мальчишек, которые тайком выехали из Штатов в надежде присоединиться к «Орлам».

Буквально в одночасье Джеймсон и все остальные, кто считал себя новичками во время Битвы за Британию, сделались ветеранами. Все только что прибывшие американцы были пилотами, но в основном гражданской авиации. Перевозили грузы или пассажиров. Распыляли удобрения на полях. Участвовали в авиашоу.

Они никогда не сражались с противником в небе.

Ветеранов в «Орлах» были считаные единицы, и одного они уже потеряли, потому что он решил вернуться в 64-ю эскадрилью. Джеймсон его понимал. Последние полтора месяца их постоянно снимали с боевых заданий и бросали на инструктаж новичков; разочарование от собственной бесполезности росло с каждым днем. Они нужны в небе.

А так получалась полная лабуда.

— Может, Артур правильно сделал, что перевелся, — проворчал Говард, ополовинив кружку пива одним глотком.

— Ты прямо прочел мои мысли. — Джеймсон посмотрел на свою полную кружку.

Пить пиво после выполненных заданий было гораздо приятнее. А теперь все казалось… фальшивым, как будто они просто играли в летчиков-истребителей.

По крайней мере, на прошлой неделе их эскадрилью перевели в Киртон-Линдси. Хоть на шаг ближе к настоящему боевому дежурству. К сожалению, вместе с ними сюда перебросили и «Буффало».

Американские истребители неэффективны на большой высоте, и это еще полбеды. Двигатель постоянно перегревался, управление было не самым надежным, и в «Буффало» не имелось вооружения, к которому привык Джеймсон. Да, новичкам нравилась открытая, просторная кабина, но они никогда не летали на «спитфайре».

Джеймсон скучал по своему «спитфайру» почти так же сильно, как по Скарлетт.

Боже, как он скучал по Скарлетт. Они не виделись почти два месяца, и он постепенно сходил с ума. Если бы не переезд в новую часть, Джеймсон бы уже мчался в Мидл-Уоллоп, так отчаянно ему хотелось заглянуть в ее невероятные голубые глаза. Свою октябрьскую длинную увольнительную Скарлетт провела с родителями, что вполне объяснимо, но, судя по ее письму, встреча прошла не очень хорошо. Ужасно, что ей приходится выносить столько давления из-за любви к нему. Это несправедливо, что она вынуждена выбирать между семьей и Джеймсоном, но, положа руку на сердце, он был рад, что она выбрала его.

Без боевых вылетов у него появилось больше свободного времени, а значит, он постоянно думал о Скарлетт. Джеймсон писал письма уже не два раза в неделю, а три или даже четыре. Он писал так, словно с ней разговаривал. Словно она была рядом и слышала, как он говорит ей о своих чувствах. Как сильно тоскует по ней. С каким нетерпением ждет встречи. Он рассказывал ей истории из детства и изо всех сил старался описать родной городок так, чтобы Скарлетт заранее его полюбила.