Онлайн книга «Игра на двоих»
|
Мы проходим первый этаж: большой кабинет с библиотекой, две комнаты для гостей, блок с помещениями для персонала. На цокольном этаже — большой бассейн и спортзал, выход в подземный гараж... Сергей очень сдержан. На второй этаж ведёт широкая лестница. Там четыре спальни и большой зал, но он абсолютно пуст. Как и всё остальное внутри, он не подаёт никаких признаков того, что здесь живут. Когда мы спускаемся вниз, я ненадолго останавливаюсь на лестнице. Сергей поворачивается ко мне и как будто замирает... — Серёжа, здесь что-то случилось? Почему ты уехал отсюда? — Случилось. Но не здесь. А здесь, — он показывает на свою грудь, в область сердца. — Пойдём в гостиную. Я думаю, что готов... Мне очень странно видеть Сергея таким. Взяв за руку, он ведет и усаживает меня в кресло. Сам располагается напротив, присев на край кушетки. — Маша, я хотел тебе показать не столько дом, сколько рассказать о себе... — Ему сложно начать. Но я не сбиваю его настрой. Просто жду... — Я построил этот дом для своей семьи. Думаю, ты обратила внимание, что здесь стоит стол на двенадцать человек... Я довольно давно потерял родителей, братьев и сестер у меня нет. Всегда была только работа. К двадцати трем я обзавелся своим бизнесом… Потом я встретил Агнию. Мы работали над одним проектом. Она — со стороны заказчика, я представлял «КарС». Ей тогда был двадцать один год, мне — двадцать семь... Как-то получилось, что мы сошлись. Я влюбился. Очень сильно. Очень... Он переводит дыхание и продолжает: — Мои юристы были против официального брака с ней — да и вообще с кем бы то ни было. Мои партнёры тоже не хотели обсуждать возможность разделения бизнеса при неудачном раскладе. Холдинг в тот период очень быстро рос. Мы открывали новые фирмы, все считали деньги. Я их не виню, это их работа... А брачный договор я бы сам не смог дать ей на подпись. Короче, мы не заключили брак. Жили вместе, планировали будущее, я строил этот дом... Агния пошла на это, потому что верила и, наверное, тоже любила... Три года полной эйфории и попыток расширить нашу семью. Но выяснилось, что она не может иметь детей. Сергея эмоционально шатает. Он смотрит вдаль, трёт глаза… Я боюсь и слово сказать. Ясно, что ему непросто, но он должен сам рассказать о том, что его волнует. — Мы тогда жили в квартире. Я был в отъезде. Случился пожар. Её не спасли. Когда потушили, спасать-то было уже фактически некого. Судмедэксперты дали заключение, что это была она. Я не смог уберечь её… Я чувствую, как ему больно от каждого произнесенного слова. Боль не свежая, не колючая. Это тихая, ноющая рана… — Мы часто ругались. Меня прямо триггерило иногда. Она была непростым человеком, и я был дураком. Она часто говорила, что я строю дом для большой семьи Кармацких, не Юсуповых. Юсупова — её девичья фамилия... Она была права... Я так и не дал ей свою фамилию. Дети наши не родились. А в этом доме ей так и не суждено было жить... Как и мне после её ухода. Сергей сидит с опущенной головой. Трёт лицо руками, пытаясь привести себя в чувства. — Маш, чувство вины после её гибели меня затопило... Два года сессий с Ольгой довели меня до понимания, но не до принятия... После у меня не было серьезных, длительных отношений. Только эскорт и никаких обязательств... |