Онлайн книга «Резервная столица»
|
"Если немцы на танках, чем морпехи те танки остановят? — недоуменно подумал Яков. — В штыковую на них пойдут? Даже с пехотой особо не потягаться, на всю роту один "максим" да три, кажется, ручных пулемета… И еще два миномета, но легкие, ротные, шума от них больше, чем пользы, да и мин к ним в обрез". — Морпехи ладно, а нам-то как и куда? — спросил Федоркин. — Нам вместе с ними оборону держать. До прибытия в Таллин мы прикомандированы к роте. Но задание у нас свое, особое. Отправляемся туда, — Гонтарь махнул рукой в ту сторону, куда пропылила "полуторка". — Получим орудие и боекомплект, доставим на позицию. Яков сообразил, что за орудие их там дожидается. Та самая 70-К, что снимали с палубы кораблика с несчастливым номером. Он подумал, что в детстве, начитавшись романов, мечтал о сокровищах затонувших кораблей, о закопанных на далеких островах сундуках с дублонами. Мечты начали сбываться, хоть и странным образом: С-13 вполне можно считать затонувшим кораблем — лежит на дне, пусть и на мелководье. А пушка, к тому же знакомой системы, станет самым настоящим сокровищем для роты, не имеющей никаких других средств борьбы с танками. * * * Сокровище им досталось с изъяном. Для начала намаялись, доставляя пушку на берег. Корабельный ее вариант был значительно легче за счет отсутствия четырехколесного лафета, но как прикажете без него транспортировать 70-К? Самый очевидный вариант — в кузове "полуторки" — не годился. Грузовик не мог заехать на слишком узкий причал, а до берега грузовая стрела С-13 не доставала. На себе пронести по причалу, вручную закинуть в кузов? Ну-ну… Будь людей втрое больше, может, и осилили бы такой фокус. Выручила ржавая четырехколесная конструкция — на ней, скорее всего, местные рыбаки вывозили на берег свои баркасы, а теперь забросили, перейдя на более крупные и современные суда. Двигаться с места она решительно не желала, но шофер "полуторки" поделился солидолом из своих запасов, смазали оси — и колеса неохотно пришли в движение. Кое-как грузовик дотянул импровизированный прицеп с пушкой до рубежа обороны. Но было ясно, что там вручную орудие уже не передвинуть, первая огневая позиция останется единственной. Вторая беда обнаружилась, когда проверяли комплектность пушки. Зенитчики, покидая притопленный кораблик, демонтировали и унесли с собой то, что смогли унести, — все прицельные приспособления. Не осталось ни стереодальномера, ни прицела АЗП. Стрельба по воздушным целям теперь исключалась по определению. Наземные можно было попытаться поразить, наводя "по стволу", затем отслеживая трассеры и внося поправки. Ящики со снарядами были уже загружены в "полуторку", когда взвод Гонтаря дошагал до С-13, так что осмотрели боекомплект позже, на позиции. И всё стало совсем печально. Шесть полных ящиков, седьмой початый, в сумме без малого двести снарядов. И все осколочные, ни одного бронебойного. В общем-то правильно, с танком на морских просторах встретиться затруднительно, а тягаться с настоящими боевыми кораблями в огневом бою вооруженному сейнеру все равно невозможно — быстро отправится на дно. И всё же курсанты надеялись, что бронебойные в боекомплекте окажутся, — привыкли, что у военных многое происходит логике вопреки: если где-то записано, что на пушку полагается столько-то одних снарядов, столько-то других, то никто не станет задумываться и выполнит предписанное. |