Онлайн книга «Зверь внутри»
|
Эрик Мёрк чуть не зарычал: — Можешь пояснить? — Да я только чуть-чуть… — Только чуть-чуть?! Бензопилой?! — Да. — У всех? — Да. — Зачем? — По правде говоря, я уже пилой не управлял, она сама вела меня. Когда я начал их резать, мне было трудно остановиться, а еще я хотел показать Франку, что произойдет с его телом, когда он умрет… Он сказал не всю правду. Половой орган у последней жертвы он резал уже после того, как разобрал эшафот и отнес его в микроавтобус, но еще до того, как вымыл пол. Эрик Мёрк принял объяснение, не углубляясь в детали. Что случилось, то случилось. С точки зрения целей рекламной кампании, случившееся, конечно, крайне неприятно: такой товар трудно продать, но что тут теперь поделаешь! Поэтому он довольствовался кивком, и Ползунок продолжил: — У меня было большое желание разодрать ему член, пока он был еще жив. — Но ты этого не сделал. — Как ни странно, нет. — Я рад. Более говорить было не о чем. Ползунок не спрашивал, как идет кампания, а Эрику Мёрку не хотелось погружаться в дальнейшие детали. К церкви подходили люди, кто поодиночке, кто небольшими группами. Среди них оказалось много молодежи. Кто-то приносил цветы и сразу уходил. Другие клали букеты на ступеньки церкви, некоторые зажигали принесенные из дома свечки. До начала церемонии еще оставалось какое-то время. Эрик Мёрк попытался заполнить его. — Четыреста лет назад в здешнем приходе сожгли двух ведьм. Ползунок не ответил. Он вцепился взглядом в дерево, росшее между церковью и кладбищем. Это был конский каштан — несколько колючих плодов еще висели на ветвях, но скоро должны были упасть на землю. Эрик Мёрк, невзирая на молчание спутника, продолжил рассказ: — Ночью они похитили детей местных крестьян и улетели с ними на шабаш. После того как их пытали огнем и на дыбе, они дали одинаковые показания. Всем стало ясно, что они виновны. Священник, поддавшись жалости, призвал паству к милосердию и предложил заменить костер виселицей. Это едва не стоило ему жизни, потому что паства взбунтовалась, а ведьм, конечно, сожгли. Прямо перед церковью, в 1613 году. Эта история меня вдохновляет. Ползунок повернул голову: — Странный ты тип, Эрик. А женщин тебе не жалко? — Жалко, но я думаю не о тех женщинах, а о том, как вдруг все объединились вокруг одной идеи, как вышли на борьбу со злом… О том, к чему могут привести всеобщие страх и гнев. Его слова пропали втуне, как вода, которую выплеснули на сухой песок. Через пару минут в воздухе поплыл громкий колокольный звон. В церковь стали заходить люди. Их набралось довольно много, и Эрик Мёрк прокомментировал: — Думаю, вряд ли кому-то из пятерых страстотерпцев устроят такие же пышные похороны. — Шестерых. — Ш-шестерых?! Прошло некоторое время, прежде чем до Мёрка дошло, о чем речь. И тогда он вскочил на ноги и заорал, не заботясь о том, что несколько человек, спешивших в церковь, укоризненно на него обернулись. — У тебя что, совсем крыша съехала?! Ты что натворил, кретин?! Ползунок спокойно взглянул на него. — Не кипятись. Я сейчас все объясню, тем более что и так собирался найти тебя и все рассказать. Эрик Мёрк не слушал. — Да ведь, черт побери, нельзя же вот просто так убивать людей! Ползунок широко улыбнулся и полушепотом произнес: — Аллан Дитлевсен, ну, ты знаешь, это владелец сосисочного киоска, его вечером накануне отъезда положили в больницу: камушки у него в желчном пузыре зашевелились. Франк, старший брат Аллана, нашел ему замену. Но если бы младший брат узнал, что старшего вместо рая отправили в ад, полиция могла бы… ну, ты сам можешь догадаться. |