Книга Зверь внутри, страница 150 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Симон, что ты предпринял?

— Анна Мия сейчас у своей матери на Борнхольме. У тебя нет леденцов? Обычно у тебя бывают, ну эти, «Гайоль»… Или дай воды, что ли.

— Она там надолго?

— Кто?

— Сколько еще Анна Мия пробудет на Борнхольме?

— До пятницы, кажется.

— Ты с ней говорил?

— Нет.

— А с кем-нибудь еще?

— Только с тобой.

Некоторое время они стояли в полной тишине, пока не зазвонил его мобильник и он с неохотой освободился от ее объятий. Графиня села на стул напротив и с удовольствием отметила, что он без каких-либо объяснений перенес начало брифинга на пятнадцать минут. Он указал на конверт, который она держала в руке, и спросил:

— Ну и что ты собираешься предпринять?

Она ответила как-то вскользь, словно не придавала этому делу особого значения:

— Начну обычную процедуру, Симон.

— Я и сам могу это сделать!

— Нет. Это сделаю я. Но не надо нервничать, он послал это письмо, просто чтобы пошевелить тебе нервишки.

— Думаешь? Мне ведь и раньше присылали письма с угрозами.

— Именно. Поэтому не парься.

— По-моему, он сделал так потому, что я взял на допрос Полину Берг, ну, ты понимаешь, они ведь ровесницы с его дочерью. Это, скорее, месть за то мое решение… Ну, ты понимаешь, о чем я.

— Разумеется понимаю. Ладно, иди на свой брифинг и не нервничай.

Конрад Симонсен кивнул, а Графиня, забрав конверт, поспешила покинуть кабинет. Когда дверь за ней закрылась, он вдруг почувствовал, что его клонит в сон.

Толк в кулинарии Анита Дальгрен не знала и потому решила приготовить что-нибудь простенькое. Креветочный коктейль на закуску, а на горячее — говяжье филе с гарниром из вареного картофеля с зеленым маслом и купленным в магазине соусом «Бернез» плюс салат из брынзы и оливок. А на десерт, разумеется, ванильное мороженое. Такие блюда даже она не могла испортить.

Конрад Симонсен по меньшей мере в пятый раз воздал ей хвалу:

— Пальчики оближешь!

Арне Педерсен с ухмылкой добавил:

— Да уж, ты сегодня расстарался, Планк.

Каспер Планк не обратил на их слова внимания и серьезно заявил:

— Я пригласил вас не только для того, чтобы провести вечер в приятной компании. У меня возникла идея, которую следует обсудить, но сперва я вынужден предупредить вас, что больше никогда не появлюсь в ШК. Я в последнее время стал прихварывать, и у меня просто сил не осталось вас там навещать.

Настроение у гостей явно испортилось.

— Да ладно вам, перестаньте хмуриться, — продолжил Планк. — Я ведь не планировал дожить до ста лет. А у тебя, Анита, почему глаза на мокром месте? Вытри-ка слезы! Я ведь не завтра прикажу вам долго жить.

— Извини, больше не буду. Просто я так тебя полюбила!

— Да и ты мне нравишься, девонька моя. Давай-ка уберем со стола, а вот эти двое до безобразия талантливых господ пусть пока попробуют разгадать небольшую загадку. Наш друг с бензопилой — как вы его там кличете, Симон?

Конрад Симонсен ответил не сразу. Он бросил взгляд на Аниту Дальгрен, что не ускользнуло от внимания Каспера Планка.

— С сегодняшнего вечера Анита играет в нашей команде.

— Хм, ну раз уж ты это говоришь… Мы называем его Ползунок.

— А, да, Ползунок, замечательная кликуха! Так вот, вопрос: какая у этого Ползунка самая слабая сторона?

Старик и молодая женщина поднялись и вместе отправились на кухню. Анита Дальгрен мыла посуду, а Каспер Планк подавал ей грязную. Спустя некоторое время он спросил: