Онлайн книга «Зверь внутри»
|
— А что с теми, кто присоединяется? — Мы делим их на три категории. Большинство создает местные группы и проводят мероприятия по месту жительства. Во вторую категорию входят те, кого мы просим оказать нам помощь. К примеру, у нас сейчас есть два юриста, они вырабатывают меры наказания за педофилию, которые были бы сопоставимы с заграничными. Их текст мы опубликуем на домашней странице завтра и разошлем предложения во все инстанции, уполномоченные принимать решения. Проблема в том, что у нас скоро не будет хватать людей. Ну и наконец последняя категория. К ним относятся граждане с… как бы это сказать?.. с горячим темпераментом, и таких довольно много, но мы о них открыто не говорим, даже в своем кругу. Не все мои сотрудники знают, что мы их регистрируем, если ты меня понимаешь… Стиг Оге Торсен кивнул, но все же решил уточнить: — Выходит, мы ведем игру, если так можно выразиться. Я прав? — Поддержка у нас колоссальная, это верно, но утверждать, что только мы влияем на СМИ, было бы сильным преувеличением. Кроме того, нам и отступать приходилось, так что не все идет гладко. Вот посмотри. Эрик Мёрк вынул из кармана овальной формы значок, где на желтом фоне были выведены черные цифры — 5, 6… 7, 10, 20! — Это какие-то гимназисты придумали. То есть сперва пятерых педофилов замочили, потом их стало шесть, а затем будут седьмой, десятый и двадцатый. Но они, конечно, перестарались — такие штуки отталкивают от нас некоторых людей. Да еще и граффити с этим лозунгом появились повсюду, а такие вещи многим не по душе. К сожалению, нам не удалось прекратить эту акцию. Зато стали выпускать футболки с изображением… ну, сам догадайся… — Пера Клаусена? — Именно. Ты их видел? — Да, после того как ты выложил в сети статью о моем задержании, народ сюда валом повалил. Приносят всякое топливо и бросают в яму с микроавтобусом будто ритуальные действия совершают. Чаще всего бензин приносят, но и многое другое. А вчера кто-то магнезии туда насыпал, так костер несколько часов светился, как бенгальский огонь. С утра там собралось человек двадцать, на одном из них я и увидел майку с портретом Пера Клаусена. Он надел ее поверх ветровки, чтобы все заметили. А вообще у полиции большие проблемы с костром. Сперва они натянули вокруг ямы пластиковые ленты, но их быстро сорвали, потом они обнесли ее переносными заграждениями — все утро с ними возились, только ночью их тоже снесли активисты. Придется им, видно, выставить пост охраны. Они подошли к краю поля, где низкая каменная ограда, заросшая хилым орешником и кустами терновника, преградила им путь к лугу, спускавшемуся к озеру. Они продрались сквозь заросли и взобрались на стену. Эрик Мёрк наслаждался видом на лес, который тихо горел всеми краскам осени, отражаясь в серо-голубом зеркале воды. — Эх, как здесь, наверное, здорово жить! Он спрыгнул на землю и собрался было пойти лугом, но фермер его остановил: — Этим путем не пройти, рискуешь так увязнуть, что мне тебя трактором придется вытаскивать. Стиг повел его по тропинке, вытоптанной скотом вдоль ограды. Эрик спросил: — Ну и как допрос проходил? Теперь твоя очередь рассказывать. — Меня в кутузке почти сутки продержали, но в первые часы ничего особенного не происходило. Время от времени вызывали на короткий допрос, причем разные дознаватели, но обвинения мне никто не предъявлял. |