Книга Душа компании и смерть, страница 37 – Георгий Юрский

Пришвартовавшись на пристани, туристы тут же попали в умелые руки гидов. Первой была девушка в скромном белом платке, полностью укрывающем ее голову. Она, хоть и числилась экскурсоводом музея, была трудницей в монастыре. Поэтому они узнали массу фактов про святых старцев — основателей монастыря Германа, Зосиму и Савватия. Артур тут же забыл, кто из них был первым, кто вторым, и почему первый с третьим никогда не встречался. Но имена в его памяти запечатлелись. Да и тот факт, что Савватий считался покровителем пчеловодов, остался у него в памяти.

Также экскурсовод подробно остановилась на расколе. Рассказала про восьмилетнюю осаду крепости царскими стрельцами, закончившуюся предательством одного из монахов. Затем она перескочила сразу на девяностые годы, как будто не было здесь советской власти и лагерей. Здесь девушка рассказала о чуде обретения иконы, из которой хозяйственные большевики после революции сделали дверь, закрасив ее суриком.

Финальной точкой ее экскурсии был собор. Показав им основные святыни, мощи преподобных, найденных в 1992 году в музее религии и атеизма, располагавшемся в Казанском соборе Санкт-Петербурга, экскурсовод откланялась. Туристы разошлись по церкви, кто-то ставил свечки и писал записки на молебны и сорокоусты. Ольга Евтухова, оказавшаяся меценатом, вручила что-то очень ценное наместнику монастыря, за что удостоилась благословения и активно фотографировалась с величественным архимандритом. Эдуард по команде Ольги услужливо менял ракурсы, пока монах снисходительно смотрел на эту суету.

Игнат умудрился запустить видеотрансляцию из собора, но продолжалась она недолго, какая-то сухонькая старушка, подрабатывающая свечницей, начала гонять его веником. Юноше похоже только это и требовалось, поэтому он, притворно вскрикивая от ударов, выскочил из церкви.

Артур, в свою очередь, просто глазел на окружающих. Его до смерти насмешила записка, приклеенная к золоченой раке одной из святынь. «Сестры! Не прикасайтесь к позолоте — стирается!» Он с трудом сдержал смешок и отвернулся от записки. Взгляд его наткнулся на Анастасию, также как он бесцельно слонявшуюся по храму. С головой, покрытой красивым платком, и парой прядок русых волос, выбивающихся из под него, она выглядела очень милой и домашней. Выдохнув, Артур направился к ней, мягко взял ее под локоть и потянул в сторону раки. Это было его первое физическое прикосновение к женщине, и он боялся, что она отдернет руку. Но та послушно последовала за ним.

— Анастасия. Тут царствует мужской шовинизм. Монахи унижают женское достоинство, — с этими словами Артур указал на записку.

— Да это просто мезогиния какая-то, — в тон ему подыграла женщина. — За что же они так к женщинам? Тут же все прихожанки адекватные, — она смеющимися глазами показала ему на группу паломниц, в этот момент лезущих без очереди приложиться к мощам преподобных.

В очереди возникло легкое раздражение, но самая активная из паломнической группы непрерывно тараторила: «У нас группа, у нас батюшка», и более адекватные верующие просто не стали ввязываться в конфликт.

— А вы, Анастасия, я смотрю, спокойно к религии относитесь? — Артур набрался храбрости и продолжил диалог.

— Я верю во что высшее и мудрое. Но оно у меня как-то не ассоциируется с позолотой и ладаном. Скорее что-то космическое, невидимое глазу.