Книга Нелегалы, страница 32 – Георгий Юрский

— Размечтался. Балет авангардистский, — усмехнулась она.

Они поболтали еще немного и распрощались. Приехав домой Никита решил, что бегать ему не хочется из-за моросящего дождика, и он отправился в подвал дома, где у них с отцом был сделан импровизированный спортивный зал. Разогревшись на беговой дорожке, молодой человек полчаса потаскал железо, постучал по груше и с чувством выполненного долга отправился ужинать.

С утра пораньше Никита пришел с Зоиной идеей к Воронцову. Тот согласился и озадачил коллег в службе собственной безопасности. Спустя полчаса появились Эдуард с Филиппом. Молодой разведчик старался вести себя скромно, куратор же, судя по внешнему виду и бутылочке воды в руках, вечером нарушал режим.

— Ну что, товарищи Штирлицы, чем порадуете? — Воронцов не преминул подшутить над разведчиками.

— Особо ничего. Конечно, Берштейн себя практически выдал, везде регистрировался под настоящей фамилией, но те, с кем он спорил, судя по никнеймам, обычные американцы, верящие в теорию заговора. Есть пара зацепок, но пока неочевидных, — Филипп доложил ровным голосом.

«Видимо, парень что-то умеет. К нам вот в доверие почти втерся», — про себя решил Никита. Его все больше захватывало это дело, в том числе и из-за участия СВР. Не то чтобы Никита с детства мечтал стать разведчиком, но эта профессия безусловно интриговала его.

— Зато скоро к нам сюда Василий Лещук приедет. Послушаем его, может что умное скажет, — хриплым голосом произнес Эдуард и отхлебнул воды из бутылочки.

— У меня есть одна зацепочка, — вступил в разговор Мошкович. — Помните, я говорил, что год назад Берштейны миллион со счета сняли.

— Угу, — ответил Воронцов. — Давай к делу.

— Так вот. Нина, дочь погибших, убей, не помнит, чтобы они заикались о какой-то крупной покупке. В отпуск дальше Черного моря не ездили, машину не меняли, ремонт не делали.

— Так-так, — подбодрил его начальник.

— Я подумал, что дали в долг кому-то. Посмотрел распечатку их звонков в тот день, когда они деньги снимали. Общались они с соседкой, Зинаидой Калязиной. Три звонка за один день. Может, они ей в долг дали. Та вернуть не смогла, и наняла кого-то исполнить соседей, — Мошкович импровизировал на ходу.

— Да ну! Бабушка — божий одуванчик, — запротестовал Никита.

— Бабка, да. А может там внук наркоман, — Воронцов поддержал версию Мошковича. — Давайте Вашего божьего одуванчика проверим.

Никита с Мошковичем уселись в машину и отправились опрашивать соседку. Та, разумеется, копалась на своем участке. Увидев их, она вытерла руки о подол и подошла к полицейским.

— Ну что, нашли злодея? — Зинаида Николаевна первой задала вопрос.

— Ищем. И ваша помощь нужна, — беспечным тоном ответил Никита, чтобы не спугнуть бабульку.

— Ну так, я завсегда.

— Год назад, — Мошкович посмотрел в выписку, Берштейны вам трижды звонили. В том числе из банка. — Постарайтесь вспомнить, о чем речь шла.

— Да вы что. Я про вчерашний день мало что помню. А тут год назад.

— А вы постарайтесь. Три раза за день. Зачем они могли вам звонить? — голос Мошковича приобрел металлические оттенки.

— Да не помню я! — повысила голос Зинаида Николаевна. — Может советовались о чем-то. Я вообще то до пенсии на высокой должности работала. На обувной фабрике заместителем директора работала. И кое-что понимаю в жизни.