Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 23 – Джон Диксон Карр

— Что дальше?

— А дальше они остановились.

— О чем вы? Кто остановился?

— Шаги, – ответил мистер Пауэрс, копаясь в памяти. – То есть не направились куда-то, а остановились, и все.

Снова тишина. Двигались только языки пламени в обоих каминах. Бенсон, умело скрывая чувства, что таились под его достойной внешностью, протянул Киту макинтош и лампу, и тот принял их. В одежде с плеча любимой женщины, пусть это и мятый макинтош, есть нечто надрывное, болезненное напоминание об отсутствии, отчего милый сердцу образ становится вдвое ярче. Но бронзовая лампа – совсем другое дело. Невероятно древняя, она злорадно сверкнула в свете пламени.

— Бенсон!

— Да, сэр?

— Только не сочтите, что я спятил…

— Ни в коем случае, сэр.

— …Но не сказал бы, что это неожиданность.

— Прошу прощения, сэр? – содрогнулся Бенсон.

— В Лондоне случилось нечто, – сказал Кит, – напугавшее меня до потери пульса. Я хочу, чтобы вы нашли Элен, Бенсон. – Он энергично вскинул руку, дескать, молчите, и продолжил, словно убеждая самого себя: – Да, не исключено, что все в полном порядке, и беспокоиться совершенно не о чем, но… Найдите ее, Бенсон! Слышите? Найдите ее!

Восемь часов.

Тем вечером невидимый мастер завершил починку башенных часов. Кит и Одри слышали их далекий зловещий бой, томясь в ожидании в одной из нескольких комнат Северн-Холла, обставленных по современной моде, а именно в комнате Элен на втором этаже.

Она была продолговатой и просторной, нечто среднее между спальней и гостиной, с рядом окон, выходивших на лужайку перед главным входом. Теперь, когда стемнело и задернули шторы, могло показаться, что вы где угодно, только не в Северн-Холле.

Каменные стены скрывались за светло-серыми деревянными панелями, а пол – под ковровым покрытием. Удобные мягкие кресла были обиты ярким кретоном, на каминной полке из белого мрамора горел светильник, рядом стояла современная гравюра, а ниже тянулась медно-железная вязь. На уровне пояса располагались белые книжные полки, а за дверью в одной из стен находилась гардеробная, оформленная в похожем стиле.

Войдя сюда, чтобы ждать, ждать и снова ждать, Кит и Одри обнаружили растопленный камин и вазу свежесрезанных желтых цветов на письменном столе. Багаж Элен, в том числе дорожный сундук, многозначительно громоздился у подножия кровати. Первым делом Кит поставил в центр каминной полки бронзовую лампу, а теперь пристально смотрел на нее из-за клубов сигаретного дыма. Наконец он швырнул в очаг двенадцатый по счету окурок и произнес:

— Что, если Элен мертва?

— Не говори так! – Одри с тревогой поерзала на повернутом к огню диване, где сидела, поджав ноги. Рослая девушка. Быть может, даже слишком рослая. Но ее блестящие черные волосы, ясные черные глаза с четко очерченными ресницами, броские темно-красные губы, очертания которых потеплели и смягчились в свете очага… – Не вздумай так говорить! – снова возразила она и поежилась. – Разве можно допустить, что Элен умерла?

— Не знаю.

— Какой абсурд! Кто мог желать ей зла?

— Этого я тоже не знаю.

Кит снова принялся расхаживать по комнате, сунув руки глубоко в карманы довольно потертого пиджака. Если бы Одри Вейн попросили записать все, что было у нее на уме в тот момент, получилось бы примерно следующее: «Да, этот сероглазый и впрямь по-ирландски привлекателен. Короткие каштановые волосы. Вертикальная морщина меж бровей. Но конечно же, не настолько привлекателен, как Сэнди Робертсон. – При мысли о Сэнди, этом грязном псе, ее охватила тоска, волной прошлась по телу и ужалила в глаза. – Нет, он не Сэнди. Но все же привлекателен. Идеальная пара для Элен. В том случае, если… О господи, вдруг с Элен и правда что-то случилось?!»