Книга Берлинский гейм, страница 118 – Лен Дейтон

Это было глупо, но Рольф, очевидно, полагал, что вправе задать мне такой вопрос. Странно, что не припомнил другие сделанные мне одолжения. Он не рисковал ради меня жизнью, но не раз мог потерять свое место. А я высоко ценю, когда ради друга рискуют лишиться работы.

— Ты собираешься раскрыть портфель здесь, посреди зала? – спросил он.

Наружность Рольфа Маузера впечатляла. Кустистые брови, на концах загибавшиеся кверху, придавали ему демонический вид. В детстве это пугало меня. Чтобы брови не лезли в глаза, ему приходилось то и дело приглаживать их. Потом я перестал бояться Рольфа. И тогда я увидел в нем старого одинокого человека, любившего вспоминать юность.

— Ну, а если я скажу, что у меня нет денег? – спросил я.

Позади нас тощий негр управлялся с огромной метлой, гоня перед собой куриные кости, обертки из-под мороженого и другой пестрый мусор. Рольф обернулся и бросил в кучу пустой бумажный стаканчик.

— У всех британских высших чинов в любое время дома имеются пятьсот фунтов в банкнотах, уже побывавших в обращении. Такая инструкция действует несколько лет, Бернд. Нам с тобой это известно.

— Вот твой портфель, – сказал я ему.

— Ты всегда был внимателен к друзьям, Бернд.

— Мне все это не нравится, Рольф.

— Почему?

— Для чего тебе нужен пистолет?

— Кто научил тебя вскрывать сейф?

— Не сейф, Рольф, просто металлический шкаф, в нем хранились школьные характеристики, и его запросто открывали ножом и вилкой.

— Мой сын Аксель сказал, что ты надежный друг, Бернд.

— Тебе потребовалось подтверждение Акселя?

— Мы оба знаем, что ты надежный друг.

— А ты решил, что я такой простак, что снабжу тебя деньгами и оружием и не стану ни о чем спрашивать?

— Ты славный парень. Я это ценю. Мы все так думаем.

— Кто «мы все»?

Рольф Маузер улыбнулся.

— Мы все, Бернд: я, Аксель, Вернер и другие. И теперь мы тоже у тебя в долгу.

— Может быть, – осторожно согласился я.

Рольф был из тех, чьи услуги могли причинить немало неприятностей.

Он опустил портфель на землю и зажал его лодыжками с обеих сторон, а сам начал расстегивать великолепное кожаное пальто. Потом снова просунул пуговицы в петли, потуже затянул пояс, вероятно, чтобы стало теплее.

— Кто такой Брамс Четвертый, Бернд? Как его настоящее имя?

— Я не могу тебе сказать, Рольф.

— Он по-прежнему в Берлине?

— Этого никто не знает, – отвечал я.

Конечно, это была неправда, но в чем-то соответствовало истине.

— Ходят слухи, будто Брамс Четвертый на вас больше не работает. Нам нужно знать, уехал он из Берлина или нет.

— Какое для тебя это имеет значение? – спросил я.

— Когда Брамс Четвертый выйдет из игры, вы ликвидируете его сеть и закроете нашу лавочку. Мы хотим знать заранее. Нам нужно подготовиться к такому обороту дела.

Я с минуту молчал. По моим сведениям, участие Рольфа Маузера в работе сети Брамса было минимальным, и то в самое последнее время.

Я решил высказаться начистоту:

— Боитесь за свои темные делишки? Лондон по-прежнему снабжает вас информацией, чтобы Вернер мог продолжать импортно-экспортные манипуляции?

— Ты никому об этом не сообщал, Бернд?

— У меня хватает собственных проблем и не нужна новая головная боль, – сказал я. – Лондонский Центр не станет помогать вам с махинациями в Восточной Германии или в другом месте.